Первой мыслью Майи было написать Диме о том, что она только что услышала. Затем она представила, как тупо это будет. Стоило тогда подслушивать, чтобы твое письмо тут же прочло начальство и умерло от смеха. Надо было сразу врываться. Но врываться было поздно, тот поезд уже ушел.

Майя отругала себя за ту нерешительность. Не сделаешь дело сразу, оно тебя непременно догонит. Она поставила планшет на подставку, подсоединила к нему физическую клавиатуру, виртуальные она ненавидела, и принялась размышлять руками. Опомнилась она только тогда, когда наразмышляла три страницы текста с нежнейшими воспоминаниями о тех каникулах, когда они с Димкой вместе с толпой других дураков сплавлялись по Волге вместе с горой арбузов. Арбузы и ели. В основном. К концу поездки Майя была худой как весло, потому что тушенка с макаронами закончилась через три дня, и следующие пять они ели только арбузы. А Дима прокачал навыки битвы с дикими свиньями, которые во время ночевок пытались добраться до плота с арбузами или хотя бы до башмаков. Башмаки им тоже казались съедобными.

Волшебное было лето. Сгорели все тогда до черноты и объелись арбузов до потери сознания, Майя потом лет пять арбузов не ела. Хотя классно было плеваться косточками на дальность. Победил Колька из параллельного класса, который признался, что три лета шел к этому результату.

Майя перечитала письмо. Изначально у нее была мысль зашифровать в это послание имя Кулбриса и попросить ребят его найти. В том, что как минимум Риц знает, кто это такой, она не сомневалась. Возможно Вальтон и правда согласится отпустить их в обмен на звезду. Но возникла проблема. Кулбрис никак не зашифровывался. То ли она позабыла школьные навыки наведения тени на плетень, то ли никогда ими не владела, но у нее все время получалась какая-то ерунда. Она даже написала акростих, но там имя Кулбриса торчало как сосна в тундре. Стих она уничтожила и разбросала по письму намеки на знаменитых тезок разработчика, от чего письмо увеличилось еще на страницу и начисто утратило связность.

А потом ее посетила совсем неприятная мысль. Что если у нее получится все зашифровать? Майя попробовала представить хороший вариант, когда Дима все поймет, передаст Рицу, Риц каким-то образом найдет Кулбриса, что само по себе невероятно, и притащит его сюда. А Вальтон скажет: не, не хочу, не позволю. Если так выглядит успех, то как должна выглядеть неудача? Еще хуже. Или Дима ничего не поймет, а Вальтон поймет, либо никто ничего не поймет, и тогда это будет значить, что Майя просто провела сеанс терапевтического письма.