— Эй, пустите меня! — тут же подала голос Полина.

— Ща, — отозвался Стэп и первым делом сунул в рот остатки пирожка, а только затем бросился к двери.

— Сердца вначале прикрой! — крикнул я.

— Фофьно, — промямлил он с набитым ртом и схватился за одеяло.

— Ну вы долго там⁈ — нетерпеливо рявкнула Полина. — У меня сейчас руки обварятся.

— Да щас я! — ответил Стэп и наконец опустил ручку, запуская подругу внутрь.

Девушка тащила целую стопку пластиковых контейнеров, заполненных едой. Мы использовали их с той же целью, когда собирались в дорогу. Так яйца гарантированно оставались целыми, да и мясо не соприкасалось с одеждой. В общем, удобно и практично, а главное — много места не занимает. С нашей последней поездки их освободилось достаточно, вот Полина ими и воспользовалась, заказав еду на вынос.

— Блин, чуть пальцы не ошпарила, горячее всё, — доложила она. — В общем, налет… Вы чё, без меня тут жрёте, что ли⁈ — возмутилась она, заметив свёрток с пирожками.

— Скорее, аппетит нагуливаем, — ощерился Стэп. — Так чё там у нас?

— Сердца, — напомнил я. — Давай сушилку загрузим, потом пожрём спокойно.

— Да, да, заодно стол освободите, — буркнула девушка, подхватывая пирожок. — С чем хоть?

— Разные, — ответил Стэп. — Есть с повидлом, есть с ливером.

— Ещё с капустой должны быть, — добавил я.

— Чай поставить? — поинтересовалась Полина.

— Если только на печь, — ответил я. — Плиту мы сейчас займём.

Мы быстро насадили порезанные на порционные куски сердца, на спицы и загрузили три яруса сушилки. Нижний оставили пустым, чтобы не дай бог не перегреть ценный продукт. Затем Стэп зажёг конфорку на походной плите и отрегулировал пламя, убавив подачу на самый минимум. Водрузил поверх сушилку и, выждав пару минут, проверил температуру на втором ярусе при помощи лазерного термометра.

— Чё там? — спросил я.

— Маловато пока, чуть выше тридцати.

— Подожди, не прибавляй, пусть как следует прогреется, — посоветовал я.

— Да знаю я! Чё ты меня учишь? Я уже сто раз так делал.

— Замерь ещё раз.

— Сорок три.

— Ну вот, растёт же. А на верхнем как?

— Тридцать два. Похоже, переставлять придётся.

— Ничего страшного, главное, температуру не превысить, а то всё пропадёт.

— И долго они так сохнуть будут? — спросила Полина.

— По-разному, — пожал плечами Стэп. — Часов десять в среднем, но бывает и дольше. От окружающей температуры и влажности сильно зависит. — Приятель снова замерил температуру. — Сорок девять. Вроде остановилась пока.

— Ладно, тогда жрём, — разрешил я. — Пусть пока подвялятся.

Мы довольно плотно позавтракали. Хотя в нашем случае это был скорее ужин. Затем ещё немного похлопотали возле сердец, и, когда убедились, что температура стабильно держится в районе пятидесяти пяти градусов на втором ярусе и около сорока на четвёртом, распределили смены. Степ взял первые четыре часа, чтобы потом свинтить от нас к шлюхам, а мы должны были следить за сушкой уже до самого финала.