— А по-моему, он дело говорит, — оспорила мнение приятеля Полина. — Не удивлюсь, если он окажется прав, и вас просто привяжут к столбу где-нибудь за пределами города.

— Вас? — обернулся на неё приятель.

— Ну, со мной, вроде, вопрос решён, — пожала плечами она. — Я остаюсь на позиции, буду вас прикрывать.

— Час от часу не легче, — вздохнул Стэп. — И почему мне всё это резко перестало нравиться?

— Вариантов у нас нет, — ответил я. — Если, конечно, мы всё ещё хотим стать счастливыми обладателями ста пятидесяти килограммов серебра.

— Ста тридцати, — поправил приятель. — Двадцатка уйдёт Сугробу с Макаром. Слушай, может, мы сами всё разрулим, а?

— Нельзя быть таким жадным, — пожурила напарника Полина. — Без них нас точно прикончат.

— Я больше переживаю за то, что они нас кинут.

— Нет, — уверенно отмёл эту теорию я. — Сугроб — человек слова. Он не станет рисковать репутацией. Они живут за счёт найма.

— Чё стоим вообще? Ребята уже давно укатили. — Девушка толкнула Стэпа в плечо. — Поехали, жрать уже охота, как не знаю что.

— Тебе бы только жрать, — хмыкнул приятель и, включив передачу, тронул машину с места.

Но по прибытии отдохнуть нам не удалось. Хотя кому это — нам? Мне. Я сразу отправился в комнату связи, докладывать об успешной операции. Ну, может, не совсем, учитывая то, что часть бумаг и других носителей информации мы обнаружили в стане противника. Вряд ли эти новости обрадуют Старого, но лучше о них доложить. Пусть дальше сам решает, как поступить и какие шаги предпринять. Предупреждён — значит вооружён.

Однако на связь с ним лично выйти не удалось. Но меня соединили с центром на лайнере, где я в подробностях описал всё, что увидел. Ну и об уничтожении документов, соответственно. Само собой, что о внешнем жёстком диске, который стянул Стэп, я не сказал ни слова. Мою информацию приняли и обещали донести до начальства. На этом сеанс связи закончился, но не мои дела.

Пока на дворе день, я собирался отыскать кого-нибудь, кто способен передать информацию выродкам. И вроде дело простое, но как его преподнести? Ведь в здравом уме никто не признается, что у них есть какие-то дела с изменёнными. Тут нужен был именно Старый, а я понятия не имел, как до него достучаться. Дёргать по этому поводу Макара я тоже не хотел. Да и вряд ли он нам с этим поможет на расстоянии. Здесь нужен кто-то свой, кто-то рядом, чтобы потрудиться в качестве связного. Всё-таки мы собирались менять условия. Да и лично мне на свободе светиться нежелательно. Как знать, каким образом передадут наши слова? А вдруг выродков предупредят, что всё это фикция и готовится кидок? Нет, здесь нужно подходить иначе.