— Мудрено, но передам, — заверил я. — Только для этого дом сначала надо получить.
— Хитер Всеволодов сын, какую штуку придумал, — Всеслав рассмеялся. Молодо, звонко. — Думал, что с камнем этим попугаю я тебя, а тронуть не смогу, а там ты на все его условия согласишься. Вот только дочка моя, хоть и кровиночка, но тварь та еще, не все тебе про камень рассказала. А должна была. Ну да ладно, дай-ка перстень наш фамильный, смотрю, уже как собственный носишь.
Он взял кольцо, развернул печаткой к себе, легонько дунул. На серебряном поле парящий над пушкой ворон с черного поменял цвет на золотой.
— На, носи, боярин Травин Марк Львович. Перед Велесом и Мокошью признаю тебя здесь своим потомком, а потомство твое здешнее — Травиными навек.
— Какое еще потомство, — хмыкнул я, но Всеслав только рукой махнул.
— Неважно. Травины во всех гранях этого мира — одной крови. Вдруг по глупости заделаешь кому ребенка, будет боярином, хоть что-то перейдет от меня. Да, коту своему скажи, чтоб птичку отпустил, ворон теперь твой спутник верный, с нашей семьей навсегда. Где животинку-то взял? Непростая она, чувствую, и мне вред нанести может.
Я с сомнением поглядел на кота. Тот, за исключением ворона, вроде вред мог нанести только себе своим обжорством. Так Всеславу и сказал.
— Ну и ладно. Солнце встает, время мое подошло. Не забудь, Рада через год чтобы сюда явилась.
— Обязательно передам, — пообещал я, и мужик растаял в воздухе. Будто и не было.
А ворон, выбравшись из кошачьего плена, замахал крыльями, взлетел, уселся ко мне на плечо как ни в чем не бывало, словно это не он меня хотел зрения лишить. Ох, что с птицы взять, мозг размером с грецкий орех, прощу.
Тому, что я вернулся живой и здоровый, искренне обрадовался только Шуш. Родственничек Фоминский кисло поздравил меня с удачно проведенной ночью, отсутствие на пальцах заблаговременно спрятанного перстня заметил, но вопросы задавать не стал, видимо, у него самого все прошло не слишком хорошо. Предупредил, что к князю пойдем вместе, когда мои права на наследство обьявят, а это только в среду, потому как в понедельник будут славить богиню весны, Лелю, с крашеными яйцами, гуляниями и мордобитием, а во вторник — опять же праздник, в честь Ярилы. Вроде как продолжение банкета с доеданием салатов и допитием остатков. Причем на сам банкет меня никто не приглашал, видимо, решили, что у себя приняли, к великому князю сводили, и хватит, достаточно деревенщину в свет навыводили. Ну а я и не набивался, с такими родственниками лучше исключительно по электронной почте общаться. А раз нет ее тут, то и общение на этом закончено.