Я хмыкаю.

— Договорились, — бросаю ей через плечо, скрываясь дальше за поворотом.

Скачу навстречу шайке, прихватив с собой только Змейку, которая уютно устроилась сзади меня, её руки обхватили меня за талию, а плащ развевается на ветру. Впереди замаячила небольшая встреча. Надеюсь, она не будет дружелюбной.

Вот и павлинари на горизонте. Трое. Этих ребят сложно не заметить — вроде бы похожи на людей, но с яркими павлиньими перьями на голове и плечах.

Перед тем как подъехать, я «включаю» Васю-Василиска. Животина помогает скрыть мой источник, так чтобы павлинари не смогли меня сразу «считать». Вдруг среди них есть сканер? Подстраховка лишней не будет. Главное — не спугнуть.

Пока мы приближаемся, чувствую, как за моей спиной Змейка шипит что-то раздражённое под нос. Неудивительно — её, вечную нудистку, заставили натянуть плащ. А это ей, мягко говоря, не по душе.

Трое павлинари приближаются ко мне и Змейке, слегка окружая нас полукругом. Ага, не хотят просто разъехаться. Надежда есть!

В их глазах — насмешка и превосходство. Самый яркоголовый, фыркнув, заглядывает нам под капюшоны.

— Почему вы прячете шевелюры? — тянет он лениво. — Да вы же иноземцы! Ни один уважающий себя павлинари не будет скрывать своих перьев.

Змейка шипит, задирая нос:

— Куррррицы, фака!

Её злобное шипение только веселит павлинари. Один из них, самый наглый, прищуривается, пристально осматривая её фигуру, едва прикрытую плащом. Его взгляд задерживается на выпуклостях, что заметно вырисовываются под одеждой.

— Хм, зелёная, — ухмыляется он, потирая подбородок. — А под плащом что-то стоящее, да? На невольничьем рынке за такие буфера можно получить приличную цену. Наверняка оторвут с руками.

Ох, это он зря. Глупец. Злить Горгону? Оценивать ее как товар? Не знаю, сколько можно выторговать за Змейку на рабском рынке, но одно точно — жизнь самого этого петуха уже ничего не стоит.

Змейка утробно рычит, низко и угрожающе. До павлинари доходит с запозданием — они наконец понимают, что перед ними не просто какая-то странная иноземка. Она смертельно опасна. Она не человек. Она зверь. Хищник. Их лица искажаются от осознания угрозы, руки тянутся к мечам, но, увы, слишком поздно.

Что ж, время пустых слов и угроз закончилось.

— Спасибо за информацию, — усмехаюсь я. — Змейка, фас!

Ещё до того, как павлинари успевают полностью вытащить свои мечи из ножен, Змейка отбрасывает полы плаща, обнажая блеск медных когтей. Она молниеносно бросается на двух павлинари, и они не успевают ни среагировать, ни защититься. Когти сверкают в воздухе, и за считаные секунды она разрывает их на части, оставляя на земле лишь кровавые останки.