– И ты не стала?.. – заканчивает мама за меня.
Мой подбородок снова начинает дрожать.
– А я не стала.
– А он?
– А он женится, – мне тяжело говорить. Горло сводит спазмом. – На другой. Она тоже беременна, мам.
Мамина рука на моих волосах замирает на секунду. Потом продолжает гладить.
– Как же больно, – шепчу я. – Мам, я не знала, что так бывает. Я думала, это в книжках. Я сегодня стояла у его кабинета и слушала, как он говорит про нее, и мне казалось, что я сейчас умру. Что сердце остановится и все.
– Не остановится, – тихо говорит мама.
– А жаль.
– Полинка.
– Я не знаю, что мне с этим делать…
Она обнимает меня крепче.
– Ты меня послушай, – говорит она наконец. – Только не злись сейчас, ладно? Просто попытайся понять.
Я киваю ей в плечо.
– Тебе двадцать три, через год диплом. У тебя вся жизнь впереди, Полинка. Вся. Со взлетами и падениями… Ты даже не представляешь, сколько у тебя впереди интересного.
Я сразу понимаю, к чему она клонит, и меня бросает в холод. Паника вцепляется в горло и я пытаюсь протестовать:
– Мам...
– Ты встретишь мужчину, который будет тебя любить. Обязательно! Который будет переживать за тебя, когда ты болеешь. Который будет ждать этого ребенка вместе с тобой, считать недели, спорить про имя. Который в роддоме будет плакать больше твоего. У тебя будет желанный ребенок, Полинка. Слышишь? Желанный.
Я поднимаю голову, заглядываю в ее лицо:
– Ты хочешь, чтобы я сделала аборт.
Мама не отводит глаз. Она никогда не умела врать, это ее главная беда и главное достоинство.
– Я хочу, чтобы ты не сломала себе жизнь из-за человека, которому ты не нужна.
– А если я хочу?
– Чего ты хочешь, Полин? – очень мягко спрашивает она. – Ты хочешь ребенка, который поставит на “стоп” твою жизнь?
Я открываю рот, и не могу ответить.
Потому что вот оно. Вот тот вопрос, который я два часа обходила по кругу, как зверь по клетке, и он оказался всего в двух словах.
Мама вытирает большим пальцем слезу у меня под глазом.
– Виталик прав, Полина, хоть и преподнес эту правду слишком резко. Ты сама подумай. Куда нам двое младенцев? Мы не справимся. Точнее, мы могли бы справиться, но тебе это не нужно.
Повисает пауза.
– Не решай сейчас, – говорит она. – Утро вечера мудренее. Ложись спать, а завтра мы поедем и просто поговорим с врачом.
– Просто поговорим, – повторяю я.
– Просто поговорим, солнышко.
Она целует меня в макушку и остается сидеть рядом, привалившись спиной к стене, и я снова закрываю глаза.
Полина
В женской консультации всегда пахнет одинаково: дешевым мылом, чужой тревогой и казенным безразличием.