Вот настоящие аристократки. Никто ничему не удивлялся, и все прекрасно ориентировались в любой ситуации.
Среди гуляющей толпы настоящей горой возвышался Михайло Потапович. Он сидел на большом камне, как человек, и спокойно взирал на носившихся вокруг детей, глазеющих на него взрослых, и даже художников, спешащих запечатлеть монументального медведя с разных ра́курсов.
Кстати, рисовали здесь многие, я так понимаю, делали эскизы. Фотографии-то не изобрели. Потому даже в газетах публиковали рисунки. Да и картины оставались в цене.
Милославские появились без пятнадцати двенадцать. В общем-то, этим они показали, что знатно облажались. По местным правилам на них, как вызвавшей стороне, лежали приготовления.
Эти чудики вообще находились не в городе и прибыли телепортом. Об их появлении Карл сообщил нам заранее. Несмотря на это, Этиниэ не мог не вставить шпильку в эльфийском стиле.
— Эй, Репей, это их мы сегодня убивать будем? — беззаботно спросил он. — Чёт они как-то хиловаты…
— Ничего тебе хватит, — парировал немолодой, но крепкий мужчина. Это был не глава рода, бросивший мне вызов, хотя и явно походил на него.
— А что Жорж, струсил? — проскрипел я. Вот реально Жорж, не могли нормальное имя придумать, там Кондратий или Герасим, я не знаю.
— Брат приболел. Я пришёл вместо него, — спокойно ответил тот.
— Вы обязаны были согласовывать замену заранее, — произнёс возникший рядом с нами законник Трофим Харитонович. — Строго говоря, Репей может объявлять о вашем поражении ввиду неявки.
— Не стоит, господин Мышкин, — произнёс точно так же материализовавшийся, словно изниоткуда городничий.
Это был высокий и очень фактурный швед. Светлые волосы, голубые глаза, крепко сбитая фигура и, конечно же, огромная борода, заплетённая в две косы. Не хватало только топора и рогатого шлема.
Правда, фамилия его оказалась Чернов, но злые языки говорили, что он просто ушёл в род жены, чтоб сподручнее было делать карьеру. Всё-таки Выборг на тот момент оставался преимущественно русским городом.
— Народ собрался́ и желает зрелища, так что я бы рекомендовал вам сразиться, — пробасил он. — Как и полагается, разогреемся судом чести, а там, глядишь, и вызовы пойдут. Думаю, сегодня, ещё стенка на стенку выйдем.
— Что ж, я принимаю замену, — проскрипел я.
Я очень внимательно осматривал прибывших в поисках символа Умников или ещё чего, но знаков такого рода не нашёл.
Милославские двинулись к палаткам, готовиться. Сначала выступали родовые лучники и маги. Эти состязания были данью традиции и в основном существовали для развлечения гостей.