Пошёл дальше, снова ударился о стену, чуть не выпустив баллончик изо рта. Испачкал маску и почти ничего не видел. Двинулся дальше. Снова глоток воздуха. Опять стена.
Два вдоха спустя, я оказался на краю ровной каменной площадки. Шаг, другой, и вот я уже у светящегося фиолетовым круга. Опустился на четвереньки, ткнул в него рукой, пополз, дальше. Потерял сияние.
В панике стал крутить головой и таки нашёл следующий узор. Виден был лишь край, остальное занесло илом. Кажись, я зря разрушил магию ушастых.
Я двинулся дальше, разгребая руками оседающую муть. С трудом нашёл ещё один круг. Безумно хотелось вдохнуть. Выдохнул и довдохнул немного.
Я полз на четвереньках, расчищая дно, но никак не мог найти оставшиеся два круга. Сверился с картой, оказывается, я отклонился в сторону. Дышать хотелось невыносимо.
Вернулся, снова стал искать на дне. В глазах сверкало, я немного выдохнул, двинулся дальше. Р-раз — рука угодила ещё в один круг. Я увидел, как зажёгся зелёным знак дара смерти.
Сил совсем не осталось. Я снова стал елозить руками по камню, крутясь на месте. Надо всплывать! Я проиграл, проиграл…
И тут меня накрыло!
Вокруг всё засверкало. В голову стала стремительно вливаться знакомая муть. Мне было совсем плохо.
Я дёрнул из ножен клинок и стал кромсать линь, на котором висела чушка. Она никак не хотела отцепляться.
Отре́зал.
Потом принялся лихорадочно искать баллончик для всплытия. Пальцы скользили, в груди бились болезненные судороги. Нажал. Холод расширяющегося газа обжёг мне руку.
Мешок стал наполняться, и меня потянуло вверх. Я лихорадочно искал кристалл. Меня тащило к небу всё быстрее. Я выдохнул. Баллончик был пуст.
Рука нашла ребристую поверхность и наступила темнота…
* * *
— РИКИ-ТИКИ-ТА! — прохрипел я в серое небо, и меня скрутил приступ кашля.
Пусть и порядком наглотался воды, но я был жив. Сейчас я орал свою кричалку лёжа на палубе плота, куда меня вытащил Гилви, не орал, конечно, но честно пытался. Первым делом я потребовал у кхазада аптечку и проглотил хорошую дозу антибиотика и мочегонное.
Зачем второе лекарство. Всё просто — пресная вода впитывается сквозь лёгкие, а потому сейчас мне нужно было срочно от неё избавляться. Я просил Гилви править к берегу, но кхазад и не думал.
Бедолагу разобрала золотая лихорадка. Вернее, кристальная. Он уже успел собрать штук двадцать крупных камней, которые вырезал из рыб. К слову, наиболее приличные тушки валялись в центре плота горой.
На большой кристалл он пока претензий не предъявлял, но вот терять остальные не собирался. Я засыпал, просыпался, опять спал. В голову то и дело лезла какая-то хрень.