И — погибнуть в ливне вражеских стрел.

Дитя, которому не суждено повзрослеть. Кроха-героиня, что бесила всех вокруг (и заодно вносила элемент комедии), спасает всех. Кроме себя.

Ещё и снимут всё таким образом, что до последнего будет тлеть надежда: малая выжила, выкарабкалась. Чудеса в кинематографе случаются, но не в этот раз.

Гонорар за эту роль уйдет на реализацию планов в деревне Голян. Не считая доставки курочек, свинок и особо шерстистых коз. Это батя провернул ещё в июле. Каждое домохозяйство получило шумноватые презенты, никто не ушел обиженным.

Живность вручали не на камеру. И не при мне — я уже носилась по ненастоящему рынку, требуя от «дядюшки» немедленно купить мне самое дорогое печенье (параллельно срывая бедолаге свидание).

Словом, не знаю, как реагировали жители Голяна на подарки. И да, я понимаю, что многие из привезенных животинок раньше или позже окажутся на столах. И не в форме: «Эй, ты, живо слез оттуда».

Такова жизнь. Белковая пища — необходимость, особенно, если человек тяжело трудится. Ещё и в горах, где разреженный воздух. Не мне, сытой городской девочке, рассуждать о голоде.

Эта ворона только надеется, что в будущем — Голяна и не только — бабушкам и дедушкам не придется зимовать в домах со щелями в палец толщиной. Не нужно будет выбирать: послать внукам в город письмо или купить горсть зерна.

Мир, здоровье, покой и достаток — вот чего я всем сердцем желаю каждому. Сбудется ли? Не знаю, но приложу свою лапку — в меру скромных вороньих сил.

Что я знаю: пекарня отстроена, зал для посетителей в процессе отделки. Все нужные документы на рассмотрении.

Ещё знаю, что осенью, незадолго до заморозков, в Голяне начнут сажать виноград — какой-то стойкий сорт с мелкой ягодой — в сушеном виде, в изюме, обещан привкус карамели.

…Как та карамель, что принесет на небольшой холмик герой моей летней дорамы. Уложит вкусняшку на плоский камень. Глухо скажет, что должен был купить эту сладость племяннице раньше. И что понимает: малая тогда, на рынке, изо всех сил выбилась, лишь бы помешать шпионке из враждебно настроенной секты его охмурить.

Про секты долго объяснять, вкратце: это не про религию, а про уникальные мистические и боевые техники разных сообществ бойцов.

Хотя история моей маленькой героини печальная, ещё она позволяет задуматься. Оглядеться вокруг: ценим ли мы усилия близких? Любим ли их так, как они того заслуживают? Успеваем ли сказать им об этом — по поводу и без повода? Обнять — просто так, без причины, дорогого нам человека.

Выход «Пылающих сердец Цзянху» (последнее в переводе дословно «реки и озера», а в переносном — это мир боевых искусств, вольница вне правящего двора и законов) планируется зимой. Под праздники.