— Невероятно, — озадаченно протянул Немолов. — Так с пацаном-то что? Ты запомнил его? Может, удастся его найти, разузнать? Это ж насколько талантливый менталист. Его нужно обязательно пригласить к нам под кураторство Березиной. Заодно расспросить его, что это за каменюка. Кстати, картина с твоим рассказом складывается — как раз в ночь, когда ты очнулся, по нашему городку ударила мощная ментальная вспышка. Мы всё списали на пищевое отравление и замяли дело, но всё никак не могли понять источника взрыва. Острогов даже начал копать в сторону террористов. Сейчас стало понятней, успокою его.

— Да, я тут прочёл в газете, что во всём был виноват просроченный соус, — усмехнулся Романов. — Молодцы, хорошо придумали. А я, пожалуй, изолирую кварцитит с паразитом. Камень нельзя использовать, чтобы случайно не повредить оболочку. Я даже готов наступить на горло своему любопытству и не разбираться в этой защите, но уточнять, жив паразит или нет, мне совсем не хочется.

— Полностью согласен и поддерживаю, — судя по скрипу ножек, профессор Немолов встал из-за стола. — Валер, пойдём зайдём к Острогову. Хотя, нет, давай я за ним схожу…

— Да дойду я, — зашуршала газета, Романов с кряхтением встал. — Мне же двигаться больше надо. Медики говорят, что пару месяцев — и я восстановлюсь. У Острогова что сделать? Восстановить лицо мальчишки по воспоминаниям?

— Да, — мужчины, судя по звукам, неспешно двинулись в сторону выхода. — И расскажем об источнике вспышки. Постарайся вспомнить его лицо, Сергей. Такие алмазы надо ловить, держать поближе и постоянно приглядывать, чтобы дел не натворили. Если он в восемь лет такой талантливый, что же дальше будет?

— Наверное, всё-таки девять, взгляд у пацана был необычно взрослый.

— Восемь-девять лет, — послушно повторил Немолов.

Шаги стихи, звякнул колокольчик, и я смог наконец-то нормально выдохнуть. Когда Романов принялся рассказывать о паразите и обо мне, я затаил дыхание и боялся даже пошевелиться. Как же хорошо, что я был мелким девятилеткой в том сне! И как же неудачно, что Романов всё видел. Я был уверен, что старик сражался за свою жизнь и не отвлекался на меня. А он мало того, что всё видел, так ещё и моё лицо запомнил.

Может быть, уволиться из библиотеки и уехать из Фрэлиса? Вон, Флора Олеговна Раунж нахваливает, туда переберусь, найду себе какую-нибудь работу.

— Ти, помоги мне, пожалуйста, — послышался голос Флоры Олеговны из архива.

— Иду! — я закрыл тетрадь с записями и быстрым шагом направился к спуску. Главное, сейчас не принимать поспешных решений. Сначала нужно успокоиться, всё взвесить и потом уже думать, что делать.