— Принял, — голос у меня сел, я кашлянул и добавил, — да, за выходные около тысячи точно было, я сбился со счёта после пятисот, это в субботу было.

Я никогда не видел Флору Олеговну с таким яростным взглядом. Внешне спокойная, казалось, она сейчас взорвётся.

— Понятно, — спокойно продолжила женщина. — Я проверю, пока ты будешь учиться, вечером отдельно поговорим. И второй вопрос. О чём говорила тебе та девушка? Что за передача книг без учёта?

Я сглотнул. Не в такой обстановке я хотел рассказать Флоре Олеговне о кристаллизации. Но если я сейчас не расскажу обо всём, то, чувствую, произойдёт что-то непоправимое. Во взгляде Флоры Олеговны было что-то такое, от чего мне хотелось спрятаться куда-нибудь в нору и не высовываться оттуда.

Я вдохнул, выдохнул и начал свой рассказ. Сначала рассказал о том опыте Атоса Ун Атоса, потом показал панель Кроана, потом вывел экран с кристалла и подсветил его энергией воды. Рассказал ей, как читал книги в архиве и одновременно переносил их в кристалл. Как научился искать текст в книгах. Как мы с друзьями научились передавать книги между кристаллами.

— … и сейчас я застрял на том, как научиться обращаться к кристаллу на расстоянии. Из опытов профессора Романова следует, что зелёные кристаллы могут передавать энергию на расстоянии, мне кажется, что таким же образом можно передавать и информацию. Но я не понимаю пока, как это сделать.

Флора Олеговна молча смотрела на меня, казалось, что она просто изучала меня, словно я был каким-то памятником или изваянием. И только пальцы правой руки теребили уголок листочка в учётной книге, выдавая её нервное настроение.

— Тебе пора на занятия, — прервала молчание женщина. — Вечером зайди, поговорим.

Судя по всему, мне полагалось немедленно забрать свой рюкзак и тотчас молча удалиться. Что я и сделал. Перед самым выходом я кинул взгляд на гномку, она продолжала трепать угол страницы и смотрела в окно, лицо её было задумчивым, а взгляд — злым и тяжёлым.

Весь день сегодня был крайне неудачным. У меня никак не выходил из головы утренний разговор с Флорой Олеговной. Я всё не мог понять, что я сделал не так на выходных? За кристаллизацию книг меня мучили угрызения совести, ведь я фактически за её спиной целый месяц работал с энергией в Университетском архиве. Надо было сразу рассказать!

Диктант по драккийскому языку я едва не завалил, мысли постоянно кружились вокруг разговора, и почему-то в лирическом рассказе о весеннем деревенском утре между слов то и дело появлялись книги, кристаллы и должники. Эти слова я аккуратно зачёркивал. В итоге я сдал текст с кучей помарок, оценка за чистописание точно будет снижена.