— Мне очень жаль, Китар, — проговорил колдун. — Ты больше никогда не увидишь сестру. И много чего ещё не увидишь. Я не хочу применять к тебе слово «пленник». Ты будешь моим гостем. Вечным гостем. Ты станешь тюрьмой этой мрази.
— Но, господин! — непроизвольно дёрнулся я.
Бесполезно. Железные лапы колдуна не пересилить ни с какими долями.
— Почувствовал мою мощь, — улыбнулся Правитель Арха. — Законченный силовой каркас. Увы, это всё, на что способен здесь даже грандмастер. Но даже этого хватает местным ничтожествам, чтобы считать меня богом. Сопротивляться бессмысленно. Не мучай себя.
— Но, господин, — уже спокойнее, с молящими нотками в голосе простонал я. — Гахары… Вот, если бы вы послушали не меня, а Ло…
— Его я обязательно тоже послушаю, — пообещал колдун и, приподняв меня, зашагал прочь от фонтана. — Но гостем моим будешь именно ты, а не он. Уж поверь мне, нет пытки страшнее, чем годами сидеть запертым в чужой голове. Нет, про вечность я, конечно, загнул, но несколько десятков лет у тебя есть в запасе, Китар. Мой носитель продержался примерно полвека. И не бойся — я буду ласков с тобой. У меня есть другие зверушки. Я добрый хозяин.
Мальчишка пытался сопротивляться. Начал дрыгаться, пинаться ногами, бить в грудь несущего его Хо головой, но только зашиб затылок. Переброшенные к одной из рук носителя узлы тоже не помогли её вырвать. Впрочем, я и не верил в успех. Полный силовой каркас — это сильно. Представляю, сколько лет он над этим работал. Теперь ранить моего бывшего друга без дара практически невозможно.
То есть бывшим он считает меня. Я по-прежнему верю, что всё ещё можно исправить. Мне просто нужен шанс объясниться. Я собирался заняться изучением запретной планеты, но гахары своим появлением в нашей галактике передвинули эти планы на будущее. Даже будучи на девяносто процентов уверенным в смерти своего друга, я хотел убедиться, что Хо точно умер. Тогда я ещё не знал, какой страшной окажется эта война. Миры гибли один за другим. Моя собственная родная планета мертва. До обид ли сейчас, когда на кону само существование человечества? Хо одумается. Я смогу убедить его.
Китар зря старается вырваться. Его счастье, что Хо не воспринимает потуги мальчишки всерьёз. Тут, хоть брыкайся, хоть верещи, хоть умаляй — всё одно бесполезно. Дотянулся ногой до куста. Сбил ударом сразу несколько листьев.
— Не надо так. Поспи лучше.
Очнулись мы уже в клетке. Зачем только Хо мучил мальчишку? Раз есть такой дар, мог бы сразу его отключить. Или это он надавил на особые точки? Нет, не помню такого. Успел бы почувствовать. Когда столько даров утруждаться нет смысла. Но где мы?