Рука поднялась с третьей парты — девчонка с косичками робко подняла взгляд.

— Япония находится на стыке нескольких тектонических плит, верно? Евроазиатской, Тихоокеанской и Филиппинской?

— Отлично, — кивнул учитель. — Именно. И когда они двигаются, происходит…?

— Эемлятресения! - хором выдало пол класса.

— Верно. А теперь откройте атласы на странице 24 и найдите зоны субдукции…

Урок тянулся медленно. Ямамото рассказывал про вулканы, цунами, зоны риска. Я кивал, записывал, отвечал, когда спрашивали, но внутри уже отсчитывал минуты до перемены — мне срочно нужно покурить, ибо я вымотался. Больше морально, чем физически, но сам факт этого явления удручает.

Наконец раздался долгожданный звонок. Класс взорвался движением: кто‑то рванул к выходу, кто‑то начал собирать вещи не спеша, кто‑то остался сидеть, дописывая что‑то в тетради. Один парень, торопясь, зацепил локтем стопку книг на соседней парте — те с грохотом посыпались на пол. Он чертыхнулся, бросился их поднимать, а одноклассники лишь усмехнулись, не предлагая помощи.

Выйдя в коридор, я глубоко вдохнул. Воздух пахнул привычным школьным запахом — мел, бумага, чуть‑чуть пота после физкультуры. Впереди ждал длинный день, но теперь у меня была цель. И, кажется, даже план — не раз уж забористый, но тут с какой стороны посмотреть. Достаю телефон: 11:45. У меня пятнадцать минут на перекур.

Далее — история. Если судить по имени, её ведёт женщина… Като‑сэнсэй. Что могу сказать по этому поводу — мне пизда. Единственное, что я знаю про японскую историю, это то, что она как бы есть. Ладно, не всё так плохо: знаю, что было три Русско‑Японских войны, немного про эпоху сёгуната и могу перечислить имена местного пантеона (далеко не всех, ибо их и правда много). Собственно, на этом мои полномочия все. Окончены.

Под такие высокоинтеллектуальные мысли я вышел в школьный парк академии Фудзими. Широкие дорожки, выложенные серой плиткой, петляли между аккуратно высоченными стволами сакуры, ветви которых ещё хранили несколько бледных лепестков. В центре парка — небольшой пруд с каменными мостиками, у воды сидели несколько учеников: кто‑то читал, кто‑то просто смотрел на плавающих карпов. Вдалеке виднелась беседка, увитая глицинией, — сейчас она пустовала.

Найдя широкую лавку, которую интимно прикрывали пара стриженных под квадрат кустов, я, достав сигарету, развалился на ней. Короткий росчерк зажигалки, глубокая затяжка — после чего закинул руки на спинку лавки. Лениво опрокидываю голову, после чего выдыхаю едкий дым — лепота.

Но мою культурную релаксацию решили наглым образом прервать.