Как стало понятно, искомое тело я так и не нашёл, зато прогулялся и более‑менее изучил план здания (визуально). Ведь я, не будь дебилом, втихаря, пока никто не видел, сфоткал планы эвакуации на этажах. Изучу их позже.

Сейчас я сижу за партой и стараюсь не подавать вида, что я в предвкушении. Ведь про этого кадра уже столько слов было сказано (исключительно в матерном ключе), что я прям восхищаюсь терпением ребят вроде Хирано. Ведь я бы, как минимум, хоть разок его бы пнул — насколько больно, собственно, я сейчас и узнаю.

Шаря взглядом по классу, я наткнулся на Бусуджиму. Внешне — само спокойствие, но вот во взгляде так и читается предвкушение, этот нездоровый огонёк в её глазах так и говорит: «Сейчас будет мясо».

«Динь‑дон» — очередной звонок прозвенел с ожидаемой точностью. На часах 9:00. Класс, услышав звонок, оперативно рассосался по периметру. Заняв свои места, ребята тихо переговаривались или занимались ещё какой‑то ерундой, стали ждать чуда.

Чудо долго себя ждать не заставило. Раздвижная дверь открылась, и в резко замолчавший класс с какой‑то миролюбивой лыбой продефилировал Ороче...кхм, Сидо. Ещё на моменте, когда в двери показалось это чудо, староста гаркнул команду «встать», затем уже ожидаемую «поклон». Думаю, что все исполнили команду, стало понятно и так.

Я же тем временем, делая вид ленивой расслабленности, во всю рассматривал данного субъекта.

Очень худощавый, создаёт впечатление хрупкого человека.

Волосы: чёрные, длиной до ушей.Глаза: жёлтого цвета.Одет в строгий чёрный костюм в тонкую полоску. Под костюмом — белая рубашка и жёлтый галстук.На носу очки в чёрной оправе.На ногах коричневые классические туфли.

Сев за учительский стол, тот, поправив очки, разрешил всем сесть. Далее он достал журнал, в который уткнулся взглядом, после чего, ни к кому не обращаясь, заговорил:

— Таак, все сегодня на месте. Хорошо. — Потом, подняв голову, окинул весь класс внимательным взглядом, который на пару секунд задержался на мне. При этом на его лице была всё та же миролюбивая мина. Но вот его оценивающий взгляд мне не понравился — какую‑то он прикидывает твою стоимость.

— Я смотрю, у нас сегодня новые лица. Намикадзе‑кун, верно?

«Ну вот, началось», — я чуть приподнял бровь, сохраняя расслабленную позу.

— Сегодня у нас второй том Мурасаки Сикибу «Повесть о Гэндзи». И первым начнёт наш новенький.

Краем глаза заметил, как тот коротко стриженный хер, который хотел загрузить меня на геометрии, гадко ухмыляется, видимо, в предвкушении того, что я сейчас обосрусь от радости, ей‑богу. Окинув унылым взглядом помещение и эту пародию на Орочимару, я с тяжким вздохом лениво встаю. Делаю шаг по направлению к соседней парте, где сидела какая‑то гяру.