Ответить он не успел, вмешалась Аэлла.

— Графу Александру Стофий, да и всем прочим, не выгодно нас подставлять. — В этот раз в ее словах не было и толики ехидства или напускного превосходства. Оставив в стороне разногласия с Джи, Аэлла просто излагала собственные доводы. Во многом совпадавшие с мыслями Марка. — По крайней мере, пока ситуация с наемниками не решится. Сектор и так уже расколот, многие графы и бароны погибли. Некоторые дома полностью уничтожены, другие балансируют на пороге гражданской войны. Уничтожать сильнейший в секторе дом — сделать подарок наемникам.

— Когда графы и бароны действовали исключительно рационально? — также спокойно заметила Джи. Все же две супруги Марка могли работать сообща. Но самого Марка это обстоятельство почему-то не радовало. — Я уже давно перестала удивляться их идиотизму. Старая вражда, родовая честь, косой взгляд — и начался замес.

Это замечание также было верным. В Пространстве Благородных домов очень мало благородства — свора хищников, внимательно следящая друг за другом. И не вина Марка, что он живет по их законам.

Взвесив все за и против, он так и не смог прийти к однозначному решению. А значит…

— Собираем Совет. — Не можешь принять решение сам — раздели ответственность с другими. Не зря же он взял время на раздумья.

Всех, кого Марк хотел бы увидеть на совете, находились в системе. Северов, Имиси и Дайсон были в орбитальной крепости дома Орка. Фаири обустраивал станцию, которая должна будет стать чем-то вроде Великого базара, но уже в системе Игнис. А Оделия, пользуясь случаем, отдыхала на одном из тропических островов планеты вместе с дочерью.

Игнис медленно, но верно превращался в столичную систему герцогства. Наличие планеты А класса этому весьма способствовало. В целом Марку было на это наплевать, ведь именно так он и планировал изначально. Игнис — лицо. Гемина — закрытая промышленная база. Но от случая к случаю без привычной картинки покрытой льдами планеты становилось как-то тоскливо. Он был на этом ледяном шарике всего несколько раз, но странным образом к нему привязался. Порой, когда непонятное, иррациональное чувство тоски становилось нестерпимым, он вызывал на голоэкран изображение Ромула и это странным образом успокаивало даже лучше изображения одинокой горы, столь любимой Имиси.

— Когда ты успокоишься? — проворчал Северов, когда Марк изложил причину этого внезапного собрания. — Флот только недавно вернулся, а ты опять гонишь его на другой конец сектора. Не в первый раз, кстати.

Упрек был не совсем справедливым, система SCT-1021, в которой предполагалось произвести сбор основных сил, находилась в центре сектора, а не на другом конце. Без эксцессов весь этот путь можно было преодолеть всего за десять дней.