Кое-как поднявшись наверх, бросаю быстрый взгляд в сторону, откуда ждём ходока.

Ёженьки… До него всего четверть версты. Не заметил меня? Или рыпаться поздно? В любом случае лезу за камень. Прижался спиной к тёплой, нагретой солнцем скале и замер. Больше от меня ничего не зависит. Что будет, то будет.

Забавно, но Хэл, про которого думал, что он в конец выдохся, обогнал-таки Дрога и уже огибает четвёртый отсюда холм. Мне как раз со своего места видно ту сторону, куда побежал народ.

Хромай, хромай, тварь! Твоей ране уже никогда не зажить до конца. А вот Дермана с Рохусом уже и след остыл. Может, в разные стороны дёрнули, может, просто слишком далеко убежали.

Всё! Слышу гулкую поступь гиганта. Спустился в низину, где брошен наш лагерь. Сейчас, если я правильно угадал его дар, он ко мне повернёт. От Чутья никакие камни не спрячут. Прощай, Тиша… И сердце в груди: бух, бух, бух.

Это конец! В этот раз мне уже никак не спастись. Безысходность обрушивается на меня неподъёмным бревном. Повернул… Я был прав… Скребущие каменистую землю на склоне шаги приближаются. Он всё ближе и ближе…

Не выдерживаю, бросаюсь прочь. Вываливаюсь на противоположную сторону холма и качусь кувырком вниз по склону. В руках по ножу. Я без боя не сдамся!

Йок! Йок! Йок! Я уже в его лапе! Ускорившись на даре, эта тварь меня сцапала! Вонзил в толстые пальцы ножи, но они ходоку, что иголки медведю. Ко мне приближается полная больших жёлтых зубов пасть чудовища. Морда урода уже вся в крови слопанных им ранее предзов.

Но, что это⁈ В повёрнутой ко мне груди великана вспыхивают три жёлтые нити. Это же его дары!

Неосознанно я тянусь к одной из невидимых глазом струн и только потом ко мне приходит понимание:

Дар вернулся! Клинки! Срочно!

Поздно. Я уже провалился в воспоминание Крамора. Вокруг ночь, вокруг лес.

Как же громко! Я слышу свист ветра, которого вроде и нет. Я слышу удары о землю падающих с деревьев листьев и шелест тех, что ещё не упали. Я слышу отзывающиеся в моих ушах громом шаги возвращающейся с водопоя косули — с её меха нет-нет срываются вниз шумные капли. Я слышу писк мыши в норе, взмахи крыльев летящей совы, биение сердца спящего под корнями енота, звонкую поступь ползущего куда-то жука. Я слышу всё. Я — слухач.

Не Чутьё. С даром вышла ошибка. Сразу вспомнились не понятые мной тогда слова Крамора: «С её ушами любой свист за десяток вёрст слышно. Уж я-то знаю.» Конечно, он знает.

Но мне сейчас на всё это плевать. Дар вернулся! Не знаю: как, почему и надолго ли, но я обязан воспользоваться этим подарком. Сейчас я вынырну из прошлого Крамора и тут же изрублю ходока в капусту, благо руки свободны.