Бывший предводитель воинов Арахнура растолкал девок, нависших над ним. Дальше он быстро поднялся на ноги и повернулся ко всем спиной, кроме белогривой самки. Последнюю он неожиданно заключил в крепкие объятия и прижался носом к её уху на затылке.
— Моя снежная королева… Как жаль, что я не смогу прожить с тобой следующие годы. Знай, что я люблю тебя… И не имея возможности быть рядом, скорее всего, буду любить до конца своих дней.
Нежная, сладкая, мягкая, худышка, таяла в его бугристых твёрдых лапах.
— Я тоже люблю тебя, мой вождь. — хрипло проговорила она с милой улыбкой.
Их уста сомкнулись в долгом поцелуе. Вейгер больше не лез в неё грубо языком, страшась доставить дискомфорт.
Остальные дикарки глядели на парочку молча. Что они испытывали в тот момент? Возможно зависть. А возможно непонимание, как можно влюбиться в такую слабачку.
Ну а человек, случайно попавший в племя лесного народца, нашёл здесь гораздо больше, чем надеялся. И от того было в разы больнее осознание, что магия Призмы необратимо всё отберёт.
Ощущения бархатистой спинки под ладонью пропало. Перерожденец ослабил объятия и посмотрел на свою конечность. До самого локтя она исчезла, а за тельцем снежинки воздух уже наполнял ворох синих светлячков.
«Началось…»
Мужчина отшагнул назад на шатающихся ногах и заглянул в серые глаза возлюбленной. Та замерла с довольной улыбкой и словно бы обратилась в безжизненную статую. Ни дыхания, ни моргания век, ни какой-либо реакции на окружающий мир. Вейгер крутанулся и поглядел на прочих волчиц. Все они также застыли в своих позах и потеряли любые признаки жизни.
А тем временем, могучее туловище грохнулось на камни, тут же обращаясь в стаи магических огней. Людское сознание быстро померкло и переместилось в тёмную пустоту.
Когда Вейгер пробудился, его новое тело находилось в какой-то неглубокой яме, доверху засыпанной опавшей листвой. Лежал он в положении свёрнутого компактного клубка — поза для сна доступная гибким зверолюдам, но не человеку.
Прежде, чем начать двигаться, предстояло разобраться в новообретённой памяти и раскидать по полочкам ворох мыслей. На передний план вылезла печаль связанная с основным сознанием. Прекрасной снежинке сейчас было за сорок. Она постарела и поблекла, а мужчина так и не смог вдоволь насладиться цветом её юности.
«Да уж, не привык я лишаться желанных женщин.» — подумал воин из прошлого.
Лишившись бонуса от дедовского разума, Вайтрамон стал худшим из бойцов на межплеменном турнире вождей. В бою он был так плох, что свои же соплеменники отказались его лечить и попросили чужого предводителя добить слабака. После такого эксцесса, наступили тёмные времена для Занзидара, которые, впрочем, быстро закончились, когда Синзингай пошёл на поправку, залечил пробитую лапу и победил в ежегодном состязании. Белогривый волк правил племенем ещё десять лет, после чего добровольно покинул пост, в угоду молодым претендентам. Снежинка родила от Вайтрамона двойню, но эти потомки подохли в возрасте двенадцати лет, в результате нападения бешеного дикорыка.