Я думал, он опять будет мне угрожать напоследок, но нет, он смог себя удержать. Быстро учится. Глянул только недобро от дверей лифта, но этим и ограничился. Я же поспешил зайти в дом, где разрывался телефон. Кому это я там понадобился, интересно?

Как оказалось, понадобился я маме, которая приказным тоном потребовала, чтобы я собирался, и через час ждал машину, которая отвезёт меня на семейный ужин.

Тётка, видите ли, уже приехала, про которую она мне рассказывала, и нужно было её уважить.

— Так я-то здесь причём? Я же не член семьи, забыла? Вот и собирайтесь там без меня. К тому же, отец наверняка будет против, чтобы я пришёл в ваш дом, — попытался откреститься я от сомнительно чести.

— Михаил, не глупи! Ты не член рода, но нашим родственником ты от этого быть не перестал! — отрезала мать тоном, не терпящим возражения, — К тому же, мы тебя не домой зовём, чего бы действительно не допустил твой отец, а в ресторан. Он не будет против встречи на нейтральной территории. К тому же, всё внимание тётки на тебе будет, а значит, ему можно будет немного выдохнуть, — хихикнула она под конец, вот только мне как-то не смешно было.

— Слушай, да что за бред вообще? Вы сами изгнали меня из рода, а теперь ещё что-то и требуете от меня! Я, видите ли, хоть и не в роду, но всё ещё ваш родственник! Ты сама-то понимаешь, что это как полный идиотизм звучит? Ещё и женить меня собираетесь, командуете мной! А не пошли бы вы куда подальше со всем этим? — вспылил вдруг я, и отключил телефон, даже сам удивляясь этой внезапной вспышке злости. Видать, общение с той троицей не прошло всё же для меня бесследно, вот и сорвался на мать.

Через пару минут я остыл, и даже появилось желание позвонить матери и извиниться, но я подавил его. Нет. Не так уж я и не прав, на самом-то деле, так что мне простительно. К чёрту всё. В конце-концов, мне покой предписан, а меня тут доводят со всех сторон. Я плюнул на всё, и просто пошёл спать. Вот только выспаться мне не дали.

Не прошло и часа, как ко мне домой заявилась встревоженная мать, оповестив о своём приезде громким хлопком дверью, разбудив при этом, и через несколько секунд она уже нависала надо мной встревоженно щупая мне лоб.

— Мишенька, ты не заболел часом? Или случилось чего? Что на тебя нашло? Ты же у меня всегда был тихим и спокойным мальчиком, слова никогда плохого никому не сказавшего. Никогда не грубил. Что стряслось?

— Потеря памяти у меня стряслась! — чуть резче чем собирался ответил я, — Привыкайте уже, что прежнего Михаила нет, и, скорее всего, не будет. Это прежний Михаил не смел и слова поперёк сказать, я же совсем другой человек, с другим характером.