Гостя согнуло по полам, и стошнило прямо на коврик перед дверью. Ничего удивительного. Металлический гриф явно весил килограммов шесть или семь, и сильный удар им любого из строя выведет.

— Падла… Теперь ты у меня не уйдёшь отсюда, пока не наведёшь тут идеальный порядок! Понял, мудак? — мгновенно пришёл в состояние ярости я, и без того находившийся не в самом лучшем расположении духа.

— Ещё и дверь всю испачкал своими говнодавами! — резюмировал я, глядя на дверь, весь низ которой был изукрашен какими-то полосками.

— А вы чё встали? Тоже по печени хотите? Так я сейчас организую… — мрачно пообещал я тем двум парням, перехватывая по удобнее гриф, и их тут же как ветром отсюда сдуло. Даже не посмотрели в сторону своего дружка, когда сваливали. Похоже, мне удалось произвести на них впечатление. Привыкли, видать, что предыдущий я даже не пытался им отпор дать, вот и слишком неожиданным вышло преображение.

— Ты ещё долго тут валяться собрался? — вернулся я к пострадавшему, который всё ещё лежал на бетоне, и с ненавистью смотрел на меня.

— Слышь, ты хоть понимаешь, что теперь с тобой будет? Да я же тебя… — тут он заткнулся, не договорив, и с ужасом уставился на гриф в моей руке, который я занёс над ним.

— С чего б начать? — сделал я вид, что задумался, — Может, тебе руку сломать? Или ногу? Может тогда ты поймёшь, что мне как-то похрен на тебя, и займёшься делом? Слушай сюда, убогий, — наклонился я к нему, — Я даю тебе пятнадцать минут, по истечении которых моя дверь должна сиять чистотой. Не успеешь — ускачешь отсюда на одной ноге. Я доступно объясняю?

— Тебе же не жить после этого… — заикнулся было он, но тут же заткнулся, увидев, как я поудобнее перехватываю гриф.

— У тебя осталось четырнадцать минут, — равнодушно произнёс я.

— Дай хоть тряпку какую, — сдался он.

— Тебе же не мешало отсутствие тряпки, когда ты решил своими не мытыми ботинками по моей двери лупить? Вот и три, чем хочешь. Джинсами там, или футболкой, мне без разницы. И про блевотину свою не забудь! — вызверился я на него, чувствуя при этом, как моё тело всё же почему-то потряхивает. Видать, старые рефлексы какие-то срабатывают. Реакция на конфликт, наверное. Ну ничего, я приучу себя не трястись как банный лист при малейшей угрозе. Главное, в припадках больше не бьюсь, а всё остальное решаемо.

Гость недовольно что-то пробурчал, снял футболку, и стал оттирать дверь. За пятнадцать минут он, конечно, не справился, но через полчаса дверь хоть и не сияла, но была вполне чистой, с коврика он тоже убрал следы своего недавнего обеда, после чего я отпустил товарища, еле удержав себя от искушения отвесить ему хорошего пинка на прощание. Хватит с него на сегодня.