— Хм-м…

Я задумчиво потёр подбородок и, глянув на детей, негромко спросил:

— А если и было? Ты думаешь, это что-то меняет между нами?

Из неё как будто выпустили воздух. Сгорбившись, тихо проговорила:

— Не знаю. Ты странный и слишком легко получил всё, на что другие кладут всю свою жизнь. Не ценишь достигнутое, не нужна тебе ни корона, ни деньги, ни власть. Завтра можешь исчезнуть и заняться чем-то более интересным.

Вот значит как… Я ожидал ревности, злости. Скандала. Но, оказывается, принцесса боится совсем другого.

Шагнув ближе, обнял понурую императрицу, устало выдохнув:

— Куда я денусь, Эля? Тут мои дети и люди, за которых взял ответственность.

Она слабо обняла меня в ответ, тихо прошептав:

— Ты её любишь, Бьёрн. Намного сильнее, чем меня.

Я открыл рот, собираясь спорить, объяснять, что она не права, что женился не ради какого-то там титула, который несёт больше проблем, чем пользы. Хотя, есть где-то в душе неприятный червячок недосказанности. Она ведь права. Элеонора хорошая девушка, умная, красивая, смелая. Но Фиона…

Да блин, всё тоже самое, но круче! Не говоря о том, что она знает, кто я, откуда. С ней очень интересно и можно свободно разговаривать. Но Эля — мать моих детей, символ встающего на ноги государства. Тут не стоит вопрос выбора в принципе. И даже если смотреть чисто шкурными интересами, может богиня магии и нужна, чтобы продлить жизнь, но Элеонора дала то, что останется после меня. Детей и страну. Несопоставимо с одной жизнью.

— Но знаешь, плевать! Всё равно не отдам тебя ей, чего бы мне оно не стоило! Я не справлюсь одна!

Её ладошки, до этого расслабленно лежащие у меня на спине, сжали куртку, а сама девушка подняла на меня глаза, полные злых слёз.

— Тебе и не придётся справляться, знаешь же, — тяжело вздохнул. Ох уж эти женские скачки настроения…

— Так где она? Мы должны решить, что делать дальше!

— Меня спрашивать никто не намерен?

Она фыркнула, отмахнувшись от моего вопроса:

— Как будто ты скажешь что-то полезное. Займись детьми, пока они тебя не забыли!

Смерив взглядом крошек, побросавших игрушки и сгрудившихся на дальнем краю ковра, со страхом смотря на меня, я сдался.

— На взлётном поле.

Она победно вскинула голову, отстранилась и, подхватив плащ с вешалки, на пороге приёмной произнесла:

— Зайди к сестре, у неё для тебя есть новости!

Хлопнула дверь, оставляя меня наедине с детьми. Тяжело выдохнув, скинул куртку, сапоги и сел на ковёр, сдвигая к себе кубики и начиная строить башню. Крохи заинтересованно смотрели за моими действиями, а я, наконец, облегчённо улыбнулся.