Дверь. Внутри темно. Мебель под чехлами, включая кровать под балдахином (едва узнал!) но не пыльно. Пустая, никем не используемая спальня. Дверь. Темно, но в свете «керосинки» понятно: кабинет. Использующийся, но сходу так и не понятно, кем — массивный стол пустой. Дверь. Подсобка с вениками, вёдрами, тряпками и мётлами. Ну что ж, действительно, не таскать же каждый подобный инвентарь снизу? Дверь. Спальня. Чья-то, но тёмная и пустая, рыться в вещах не стал. Дверь. Ничей кабинет. Дверь. Ещё одна пустая спальня. Дверь. Дверь. Дверь.

— И-и-и!!!

Ну наконец-то.

— Тихо! — рявкнул я, затыкая девичий писк. А ничего так горничные на хозяйском этаже — все три как на подбор молоденькие, лет по двадцать, и лица симпатичные. И не только лица: я аж на секунду сбился, разглядывая, как и насколько природа одарила одну из девушек… гхм! — Так, ты и ты. Быстро подготовить мне и моему оруженосцу по спальне. Закончите — приведите в порядок баронский кабинет.

— Н-но… — да уж, разнообразием ответов меня сегодня не баловали.

— Мне нужно приказывать дважды ? — вкрадчиво поинтересовался я.

Ей-ей, полы моей и Маши накидок взметнулись, когда они проскочили мимо.

— А ты… — я вдруг понял, что машинально выбрал в качестве источника информации особо одарённую служанку. — Отвечай на вопросы. Чётко и коротко.

— Д-да, господин… — испуганная простолюдинка, хотя я пока не сделал ни одного намёка, вдруг начала заливаться краской.

— Арн Бертран, баронет и наследник баронства, — устало представился я. Напрягает… реально напрягает — вот так ходить и сходу прессовать всех подряд. Ей-ей, настоящему, в смысле родившемуся в этом мире аристо было бы куда проще — он бы всех этих слуг за людей просто не принимал. Для него подобные моим действия воспринимались бы так, как воспринимает вернувшийся из командировки хозяин московской квартиры включение во всех комнатах света и от греха подальше отключенной на время отсутствия бытовой техники. — Для начала расскажи-ка мне…

Дверь осталась открытой, потому громкие раскаты чем-то недовольного властного мужского голоса я прекрасно услышал. А вот и первая проблема. Ну-ка, посмотрим кто там. В коридоре обнаружилась одна из отправленных готовить помещения горняшек и пожилой мужчина, в котором я даже без плаща опознал благородного. Прежде, чем он успел ко мне повернуться, я успел рассмотреть его не самую дешёвую, но солидно поношенную одежду, обильную седину в волосах и бороде и общую массивность фигуры. Не излишний вес как у Рамона, а правильную и хорошо развитую мускулатуру. В местных реалиях для получения подобной красоты не нужно посещать спортзал и бассейн, она сама собой нарастает на костях, пока ты таскаешь на себе тяжёлый доспех, щит и меч. Воин — и воин не из последних… Тут мужик повернулся и наши взгляды встретились. Не знаю, что увидел он, а вот я почувствовал головную боль. Сперва легкую, быстро усилившуюся… и пропавшую. И оставившую взамен имя.