— Спа… спасибо, — хрипло сказал он.

В ту же секунду к ним подошёл сам барон Десятников. Среднего роста, с небольшим брюшком и очень представительного вида. Он же вёл аукцион, просто успел переодеться в костюм с гербами рода. Торопливый говор сменила размеренная речь.

— Что… — начал было он, но его перебил вставший на ноги Дубов.

— На них напали. Здесь. В вашем саду.

Барон так посмотрел на Десятникова, что граф порадовался тому, что этот взгляд обращён не на него.

— Это невозможно, — отмахнулся аукционер. — У нас самый охраняемый особняк в Москве. Как говорится, мышь не проскочит. Скорее всего, ваша подруга просто заблудилась и замёрзла…

Адвокат едва смог сдержать рвущееся наружу раздражение. Он очень хорошо знал такой тип людей. Будут избегать ответственности до последнего, пока не прижмёшь их к ногтю.

— У моего клиента было две спутницы, — тут же произнёс граф Акрапович. — Не находите странным, что он нашёл только одну? И я не советую подвергать слова моего клиента сомнению.

— Вашего клиента? И давно он им стал?

Граф взглянул на Дубова, и тот кивнул.

— Только что. Если, как вы говорите, у вас мышь не проскочит, значит, нападавшие ещё на вашей территории…

Акрапович не закончил предложение, как через приоткрытые двери в зал ворвались звуки яростной стрельбы. Барон Дубов сразу забыл обо всём, вскочил, рыкнув, и бросился на выход. В этот раз двери не пережили столкновения с гигантом. Слетели с петель и воткнулись в клумбы с зимними цветами. Следом за ним последовали несколько вооружённых охранников аукционного дома.

— Если по вине ваших людей, Ваше Благородие, с невестами барона Дубова что-то случилось — а оно случилось, — то я очень надеюсь, что сегодня ваш аукционный дом получил хорошие комиссионные. Потому что вскоре вы с ними расстанетесь.

— Что? — опешил Десятников. — Послушайте, господин Акрапович, всё это просто недоразумение. Ну да, может быть, напали, но причём здесь мы? Знать нападает друг на друга постоянно…

— Это ваше объявление? — Граф вытащил небольшую афишу из внутреннего кармана пиджака.

— Да, наше.

— Рад, что вы это признали. И, полагаю, понятие «публичная оферта» вам тоже знакомо. Посему фразу «Ваши близкие под надёжной охраной в аукционном доме Десятниковых! Как и ваши чековые книжки…» следует трактовать однозначно в пользу моего клиента.

Десятников побледнел и закусил губу. О графе Акраповиче ходила слава лучшего адвоката Москвы. И барон чётко понял, что если не пойти навстречу, то в суде граф его род размажет тонким слоем на кусок хлеба, который съест на завтрак.