- Тебе не кажется, что ты зачастила с визитами?

- Котик! Как ты можешь! Ты же мне не чужой, я переживала!

Пока они препирались, Алик шнырял по дому и всюду совал свой нос, даже зачем-то поднялся на мансарду в студию. Мелькнула мысль - "увидит рисунки", но тут позвонил отец, и Костя вышел в другую комнату.

- Сынок всё знает. О старухе, о тебе и обо мне, он нас всех нарисовал. Ждать дальше - опасно, сегодня его кончим. Накапай зелья в кальвадос, вернёмся сюда после полуночи.

Пока он успокаивал отца, гости удалились по-английски, не прощаясь.

- Почему его так воротит от Вероники? - он и раньше её недолюбливал, но в последнее время тошнило при одной мысли о мачехе.

- Что с ней не так? - он закрыл глаза и потёр виски. Вдруг в памяти что-то замерцало: душно, в ноздри лезет мускусный запах соития, тяжесть на бёдрах, блестящее от пота тело, сжатая руками грудь, хриплый стон в пароксизме страсти, Вероника!

- Сука! Она его травит, а потом насилует бессознательное тело!

Стало так противно, что он схватил стоящую на столе бутылку, налил полный стакан и выпил залпом. Перед глазами всё поплыло, он ещё успел догадаться, что это ловушка, и вырубился.

- Наконец, всё получилось, - радовалась Вероника, оттаскивая чугунного литья каминную решётку в строну. Специальной длинной спичкой запалила растопку под дровами - осталось только сжечь рисунки. Она поднялась в студию, но тут позвонила Нунца, не спится старой карге.

- ...какая же ты дура! Небольшая накладка?! Его кто-то защищает! С кем он встречался в последние дни?!

- Ни с кем, сидит один дома, как бирюк.

- Необычные предметы не появлялись?

Перед Вероникой на стене висел барабан.

- Барабан! Бабусенька, чмоки, я перезвоню...

- Так это всё из-за тебя, гад! - Вероника сдёрнула ремень с крючка и побежала на лестницу, - ничего, если с третьего этажа, да на чугунные зубья, никакая магия не спасёт!

Она занесла барабан над головой, но невесть откуда взявшийся ветер толкнул её холодным кулаком в поясницу, она дёрнулась, лёгкий цилиндр выскользнул из рук, и ухая и завывая, поскакал вниз по ступеням. Ветер усилился, резким порывом бросил её на перила, Вероника замахала руками, перегнулась, не удержала равновесие и полетела вниз.

Слова оказались пророческими - магия не спасла: когда чугунный зубец входит в затылок и выходит из середины лба, смерть наступает мгновенно.

Внизу, барабан завыл, заухал и завертелся пуще прежнего, ветер мощным ударом высадил окно, вырвался на волю и понёсся над дорогой, как пёс по следу.

Алик ехал, вглядываясь в обочину, в темноте всё выглядело иначе, чем днём, и он боялся пропустить заранее намеченное место. Дорога была пустынной, по пути ему никто не встретился, но беспокоил какой-то едва слышный звук: