Якоб Третий, волею богов, ведомых и пока неизвестных, король Мерсалии, был человеком пожилым, умным и упитанным. Короче говоря, с харизматичным пузиком. Посему и кираса его была выдающейся. Настолько, что её можно было сравнить с обтекателем вертолета, например Ми-Второго. Естественно, сравнение такое мог бы сделать только видевший и ту кирасу, и тот славный вертолёт. В этом мире вертолёты видел только Жора Милославский, он же Гога, он же дер Долинол, он же дер Прист Крушитель. Но он не видел короля в кирасе верхом на коне, так что сравнение никто не сделал. Признаться, в таком воинственном виде благословенного Якоба Третьего Освободителя уже лет пятнадцать никто не видел. Мудрый правитель давно понял, что править страной ловчей из столицы, окруженному придворными и советниками, а не из седла боевого жеребца в окружении орущих профессиональных рубак и безжалостных убийц.
Георг Первый, король Иманта был в самом расцвете сил, в его тридцать лет вскочить на коня, а потом прямо из седла накрыть магическим ударом целую баталию супостатов — самое оно! А потом погнать своего жеребца с холма во главе конного отряда и добить противника с лязгом и криками. Один момент — последнее такое развлекалово окончилось негероическим переломом обеих ног. И унести эти самые ноги королю помогали его свитские, наплевавшие на монаршую волю. Так что нет, в этот раз Георг не полез в драку, столкновение с графом Жоржем очень быстро сделало его мудрым правителем.
Я к чему веду, когда на поле боя близ пологого берега Девоны сошлись две армии, скромные по численности, но вполне грозные по магическому потенциалу, королей в их рядах не было. И первая зубодробильная схватка не разворачивалась пред очами монархов. Отчет о безрезультатном кровопролитном сражении короли получили через гонцов и очевидцев. Получили и задумались. А после второго сражения, когда оказалось, что прижатую к дельте Девоны армию Георга уже не выковырнуть, ситуация стала патовой. Одни не могли очистить левобережье полностью, вторые не могли его вернуть. Тема переговоров встала во всей своей очевидности.
Необитаемый остров чуть выше первых рукавов дельты стал той условно нейтральной территорией, где смогли очно встретиться два весьма уважаемых правителя государств. Манеры, понимание ситуации, мудрость и взаимное уважение диктовали неспешность в переговорах. Два монарха расположились с комфортом в своих шатрах, а сами переговоры, ведущиеся в формате застолья, были организованы в центральном шатре, который спешно организовали придворные в нейтральных цветах. То есть в своих родовых цветах, а не сюрко сюзеренов. Было бы неприлично проводить встречу под цветами одного из королей, находящихся де-факто в равных условиях.