Но раз я чист, то и упрекнуть немцев не в чем, лишь в этической стороне вопроса, но, право слово, кого она сейчас волнует? Мысленно усмехнувшись, замечаю пристальный взгляд сотрудника особого отдела, что хотел что-то сказать, но терпеливо ждал.
— Государь, — прозвучал тихий голос особиста за моей спиной. Я остановился и повернулся, встретившись с его непроницаемым взглядом. В его глазах отражалась тень недавней войны, и я понял, что он не шутит.
— Пришло время для Балканской компании, ваши войска уже ждут на границе Карпат, — уведомил он меня, словно произнося приговор. Его тон был ровным, без эмоций, но в нем скрывалась стальная твердость, характерная для людей этой профессии.
Он повернулся и пошел вперед, приглашая меня следовать за собой. Мы шли по запутанной сети из туннелей и коридоров, освещенных тусклыми факелами, и в этом темном лабиринте я чувствовал себя не государем, а простым пехотинцем, готовым выполнять приказ.
— Османы просят соблюсти условия договора, — прозвучал тихий вопрос функционера. Его тон был не вопросительным, а скорее утвердительным.
— Государь? — повторил он с небольшой задержкой, словно проверяя, правильно ли всё понял.
— Идем, — прошептал я, и мы продолжили путь. В сердце у меня была пустота. Я не хотел этой войны, не хотел новых жертв, новых страданий. Но я был государем, и мой долг был защищать свою страну, даже если для этого придется идти на войну.
Ещё пару минут мы плутали по коридорам, но вскоре вышли к нужной двери, и я оставил сопровождающего позади, ибо не по чину ему такое видеть. Мой «рабочий» кабинет выглядел всё так же спокойно и умиротворённо, словно и не было той кровавой компании в Азии, но мы справились, и теперь судьба готовит нам очередное испытание. И я не посрамлю честь предков! Но это не самое главное, ибо во время этого «конфликта» мы разыграем свою партию, и Куский Гамбит даст прикусить всем гроссмейстерам, пусть чести в этом и мало, но война есть война, и там нет красоты, а лишь грязь, вездесущая смерть и реки крови.
— Подымай парней, время пришло, — магическая панель вспыхнула нежным бирюзовым светом.
— Да, государь! — рядом мелькнула довольная голограмма Гипериона. — Ату… — зарычал воевода, и весь военный механизм карпатской армии мгновенно пришёл в движение.
Перед моими глазами раскрылся вид на все поле боя. Это был не просто ландшафт, а живой холст, на котором в реальном времени разворачивались события. Магический спутник, висящий на орбите, позволял мне отслеживать ситуацию в любой точке мира, пусть и с небольшой задержкой. Это была не просто разведка, а взгляд бога, который видит все.