— А лодку тоже потопят? И мы умрем ТОГДА?
— Мне, — сказала Клио, — умирать нельзя. А раз вы — со мной, вам тоже.
26 февраля 1941
11.40.
База ВМФ США Анакоста
Михаил Косыгин знакомится с новым для него самолетом. Угловатая, точно топором вырублена, машина в небе оказалась удивительно приятной. Отлично слушается рулей, мотор ровно урчит при любых маневрах и на любых оборотах. В штопор входить не желает, чтобы выйти — достаточно бросить ручку. Разбег короткий, взлет мягкий — не сразу поймешь, что уже в воздухе. Шасси? Одно нажатие рычага, и под шипение сжатого воздуха колеса вжимаются в фюзеляж. Перед этим самолетом Косыгин летал на «Уалдкэте», там похожим рычагом воздух нужно было накачивать. Две сотни вздохов насоса, и шасси выпущены. А если пилот ранен? То-то. Эта птичка лучше. И почему американцы снимают ее с вооружения?
Михаил слегка кривит душой. На самолете Эф-два-А-два фирмы «Брюстер» хочется летать без конца, сама мысль о приземлении вызывает острую тоску. Машина по небу идет, как сыр в масле катается, пилотаж у нее красивый и гладкий. По внешнему виду этого не скажешь. Снаружи самолет похож… на истребитель!
Им и числится, а зря. Какой из него небесный хищник? Эф-два-А-два солиден и вальяжен. Толку с того, что «ходит за ручкой», если, как на рукоять ни дави, от него не дождешься резкого движения. У «Брюстера» великолепное время виража? Верно, но как он неторопливо в маневр входит! Крыло толстенное, мотор лобастый, самолет тяжелый, что чугунная чушка. Только задери нос вверх — прощай, скорость. Действительно хорошо выходит один-единственный финт. Высмотреть через окно в полу кабины точку на земле, кивнуть, ухватить цель в кольца, что нарисованы прямо на лобовом стекле фонаря. И — вперед, в несвободное падение! Пикировать самолет не хочет, брось ручку — сам перейдет в горизонтальный полет. Носом в землю «Брюстера» приходится тыкать, как нашкодившего кутенка — если бывают щенята весом в добрых две тонны. Рев мотора превратился в стон, ручка наливается тяжестью — рули норовят вывести самолет в более пологий полет. Машина давит не одной грубой массой, она хитрит и врет. Косыгина предупредили: если кажется, что падаешь строго вертикально — на самом деле идешь градусов под семьдесят. На спидометре стрелка обошла один круг, катится на второй.
Самолет падает вниз? Нет, он прет вниз, быстрей камня, быстрей бомбы. Ртутная капля на две тонны с короткими крыльями, вот он что! Циферблат спидометра размечен в милях в час. Не узлы, малознакомые американские сухопутные мили, короткие — оттого скорость кажется даже больше, чем есть.