И в этот самый момент я наконец почувствовал то, чего так ждал. Гнев, медленно поднимающийся из самых глубин сознания. Жгучее, всепоглощающее желание разорвать наглого «человечишку»… Опять это слово! Какого черта в голову лезут такие мысли? Но разумное размышление было напрочь смыто нарастающей яростью. По телу прокатилась обжигающая горячая волна, унося боль и наполняя каждую клетку невероятной, почти звериной силой.

Соперник явно почувствовал изменения. Он поспешно подскочил ко мне, желая довершить начатое, отмахнувшись от сдвоенной магической атаки Васнецова и Фирсовой, которые попытались прийти на помощь… Но не успели — события развивались слишком быстро.

Я опередил противника и рывком бросился ему навстречу. «Номер Один» не ожидал от, как он, видимо, считал, деморализованного врага такого неистового наступления и на секунду растерялся. Этого времени мне хватило с избытком. Противник едва успел поднять руки для блока. Мой удар, усиленный всплеском сверхъестественной энергии, просто смел его защиту, как ураган сметает картонные декорации. Вражеский нападающий, кувыркнувшись в воздухе, вылетел за канаты ринга и с грохотом приземлился на пол.

Двое защитников противника попытались преградить мне путь к стартовой линии, но я, не сбавляя скорости и не теряя инерции атаки, просто раскидал их в стороны, словно кегли. Удары сыпались один за другим — быстрые, точные, безжалостные. Соперники не вылетели за канаты, но определенно оказались не в состоянии продолжать схватку, согнувшись и держась за ушибленные места.

Сила, которая так долго рвалась на свободу, наконец обрела ее. И я не завидовал тем, кто встал на моем пути к желанной цели.

Мое продвижение было настолько стремительным и неожиданным, что фланговые бойцы противника не успели среагировать и перегруппироваться для защиты. А последний защитник, оставшийся один на один со мной, повторил печальную судьбу своих товарищей по команде.

Еще один шаг — и мой ботинок коснулся их стартовой линии.

Гонг ударил во второй раз, объявляя окончание боя.

Я тяжело выдохнул, чувствуя, как сила, которая бурлила в теле, внезапно ушла, словно кто-то выдернул вилку из розетки. Вместо ярости и энергии пришло ощущение какой-то противной, изматывающей слабости. Ноги подкашивались, я еле держался на ногах. И если бы не подскочившая ко мне Алена, на плечо которой я тяжело оперся, возможно, я бы просто рухнул.

Так мы и доковыляли до скамейки, стоявшей у ринга, куда я с огромным облегчением опустился. И только сейчас смог оглядеться. Трое из наших противников нуждались в помощи целителя, и к ним подоспела пара специалистов. Наша же команда полукругом встала рядом со мной. И… Надо же. В глазах всех, кроме Васнецова, я увидел даже какую-то толику уважения. А вот Олег выглядел скорее расстроенным. Но пытался это всеми силами скрыть.