Проклятая девчонка перевернула всё с ног на голову. Вынесла мне мозг, перекроила внутренности. В ней собралось всё, что я терпеть в бабах не мог, но стоило подумать о ней, мозг заклинивало.

Оська слезла с кровати и, схватив расчёску, стала водить ей по волосам.

– Давай помогу, – протянул руку, но дочь расчёску не отдала.

– Катя сказала, что если я буду стараться, научусь сама.

Я резко втянул носом воздух и встал. Катя, чтоб её! Чёртова Кейт!

***

Спустился вниз и зашёл в гараж. Остановился напротив «лексуса», на капоте которого сидела Катя месяц назад. На кой чёрт поехал вчера на гонки? Думал, может, встречу её. Но нет. Зато крендель, который к ней лез, своё получил. Как увидел его, на хрен крыша отъехала.

Воображение дополнило картинку. Белый «лексус», Катя… Она не шла из мыслей, и из сердца тоже не шла. Дерзкая и красивая. Что там? Не сплю со стрижеными бабами?

У меня вырвалась мрачная усмешка. Моя бы воля, имел бы её каждый день на завтрак обед и ужин, можно и вместо них. Только попробуй теперь к ней подобраться.

– Кретин, – сказал я сам себе. – Чёртов кретин.

Решил, что слишком увлёкся. Припёр Илону… Кретин. Да, слишком увлёкся. Настолько, что всё без неё стало не таким.

Катя

Дверь «мерседеса» была открыта, дуб отбрасывал тень. Я подпирала машину, неотрывно глядя на ворота. Примерно в это время Глеб обычно уезжал на работу. Хрен он сегодня куда поедет. И хрен Лейла займётся им. Обойдутся оба.

Заметила движение за воротами и села в машину. Завела мотор. На дороге появилась бирюзовая «инфинити», и я вцепилась в неё взглядом.

– Обойдётесь, – повторила вслух и нажала на газ.

Раз, два, три… Удар, скрежет металла, звон стекла… Чёрт! Кажется, вышло злее, чем я хотела. Щелчком отстегнула ремень и вышла из машины.

– Ты, придурок! – гаркнула на появившегося из «инфинити» Глеба. – Ты мне тачку кокнул! Какого хрена?!

– Киса… Ты ничего не попутала?

– Я ничего не попутала. – Подошла и схватила его за футболку. – Я, чтоб тебя, ничего не попутала. А вот ты попутал! – рванула на себя и прошипела в губы: – Ты мне должен, и должен много.

Он обхватил меня за голову и сжал волосы, я сильнее сгребла футболку. Его глаза, запах, губы…

– Чёрт бы тебя побрал, киса, – просипел Глеб и впился в мои губы. Жёстко, горячо, жадно.

– И тебя, – застонала я, отвечая на поцелуй. Впустила его язык и, прикрыв глаза, прижалась к нему.

Катя

Глеб осмотрел меня со всех сторон, только что не раздел догола прямо на дороге. Состояние моё его, похоже, удовлетворило. Рука ныла, но говорить ему об этом я не стала.

– Совсем головой тронулась?!