Милена подошла ко мне.

— Что теперь? — спросила она.

— Теперь, — я сделал глубокий вдох, — хочу поговорить с ней. А потом похороним Дэвида.

Эмили заговорила через час.

Мы собрались в малой гостиной — той, что с камином и старыми креслами, обитыми чуть потёртым бархатом. Огонь трещал в очаге, отбрасывая дрожащие тени на стены. За окном сгущались сумерки, и первые звёзды проглядывали сквозь разрывы в тучах.

Странно, подумал я. Мир рушится, демоны атакуют со всех сторон, а звёзды всё так же светят. Им плевать на наши войны, на нашу боль. Они будут светить и тогда, когда от человечества не останется даже воспоминания. А ещё хотелось спать…

Эмили сидела в кресле у камина, закутанная в шерстяной плед. Олеся принесла ей крепкий чай, но девушка так и не притронулась к чашке. Просто держала её в руках, словно грея пальцы о горячую керамику.

Моя команда расположилась вокруг. Катя сидела на подлокотнике моего кресла, её бедро касалось моего плеча. Юки стоял у окна, скрестив руки на груди. Димон развалился на диване рядом с Олесей, но его обычная расслабленность почему-то исчезла. Милена и Лиандра устроились на ковре у камина, Ауриэль примостилась рядом с ними.

— Вы хотите знать, почму он стал таким? — сказала Эмили вдруг. Её голос был тихим, надломленным, но в нём звучала какая-то странная решимость. — Почему ненавидел всех и не доверял никому? Почему…

Она замолчала, сглотнув.

Я кивнул.

— Если ты готова рассказать.

Эмили сделала глубокий вдох.

— Четыре года назад, — начала она, и её голос стал странно ровным, почти механическим, — к нашему клану присоединился человек. Его звали Маркус Коул.

Она произнесла это имя так, словно выплёвывала яд.

— Титан Америки.

Я почувствовал, как Катя рядом со мной напряглась.

— Коул был… — Эмили поискала слово, её лицо скривилось от отвращения, — … могущественным. Сильнейшим человеком на континенте, так говорили. Когда он пришёл в наш клан, все были счастливы. Глава клана устроил приём в его честь. Мои родители…

Её голос дрогнул.

— Они были так горды. Великий Маркус Коул почему-то пришел к нам в клан. Попросился сам! Они не понимали почему он это сделал.

Она замолчала. Огонь в камине треснул, выбросив сноп искр.

— Мне тогда было двенадцать, — продолжила Эмили, и её голос стал почти шёпотом. — Я была… просто ребёнком. Играла в куклы, читала книжки про принцесс, мечтала о том, что когда-нибудь встречу принца.

Горькая усмешка искривила её губы.

— А потом пришёл он.

Она подняла глаза и посмотрела прямо на меня.

— Это было на приёме в честь его вступления в клан. Большой зал, музыка, все в красивых платьях. Мама нарядила меня в голубое платье с кружевами — я чувствовала себя принцессой. А потом он увидел меня.