— Так точно, товарищ генерал, — подтвердил Воробьев. — Капитан Некрасов, капитан Воловых, капитан Пехлаков и майор Ромашко.
— Все ваши сотрудники отслужили, как я понимаю, по десять лет и более…
— Так точно!
— Так почему же эти четыре опытных оперативника не какой-нибудь милиции, а целого Комитета государственной безопасности, спецслужбы, которую весь мир боится, — продолжал Киструсс. — Не смогли своевременно отследить какого-то сраного уголовника? Машина, которая использовалась для покушения, в угоне числится аж 3 дня. И стоит в центре города. А ваши сотрудники даже ухом не повели.
— У наших сотрудников нет информации по угнанному автотранспорту, — попытался оправдаться Воробьев. — До нашей службы розыскные листы не доводят.
— Очень плохо, что не доводят! — мрачно сказал Киструсс. — Представляете, сколько бы преступлений было бы попутно раскрыто во время проведения поисковых мероприятий?
Воробьев и Устинов молчали, не смея возразить.
— Вы понимаете, что объект не погиб из-за чистой случайности? — Киструсс встал. — Может, ваши сотрудники квалификацию потеряли? Может, их подучиться надо отправить? Куда-нибудь в Диксон или Анадырь. Пусть там годика три поработают, поднатаскаются на белых медведях.
Киструсс не шутил. Воробьев и Устинов это понимали. Разнос вполне мог закончиться трехгодичной командировкой куда-нибудь «туда», в районы Крайнего Севера. Особенно, если бы этот прокол дошел бы до Москвы, до Главка.
— Садитесь!
То ли запал у генерала закончился, то ли он посчитал, что длины вставленного «фитиля» достаточно, но разнос прекратился. Воробьев и Устинов поспешно сели за приставной стол.
— Итак, — Киструсс тоже сел. — Что мы имеем? На объект совершено покушение. Исполнитель убит.
— Умер от инсульта, — поправил Воробьев. — Есть заключение судебно-медицинской экспертизы.
— Угу, — то ли согласился, то ли нет начальник Управления. — Исполнитель из уголовной среды, некто Геннадий Судаков по кличке Судак, три судимости, две за угон, одна за кражу. Заказчик известен?
— Капитан Пехлаков доложил, что объект общался с Судаковым перед тем, как тот умер, — сообщил Воробьев. — Но о чём они говорили, он не услышал. Объект его обездвижил.
— Понятно! — Киструсс качнул головой. — Какие мероприятия проводятся по наезду со стороны милиции?
Слово для доклада взял Устинов.
— Милицией возбуждено уголовное дело по факту угона автотранспорта, — сказал он. — По наезду на неизвестного проводится доследственная проверка.
Он подчеркнул слово «неизвестного».
— Неизвестный не установлен. Свидетелей, могущих дать его описание, не имеется.