— Думаю, если бы мы здесь жили всё это время, мы бы всё восприняли, как должное, — произнес Ит задумчиво. — Когда мы тут жили, тоже кое-что менялось.

— Что, например? — спросил Скрипач.

— То поселение, в котором купили землю и построили дом Рэд, Саб, Эри, и Лин с Пятым, — пожал плечами Ит. — Считай, новая освоенная область.

— Ну, ты сравнил, — фыркнул Скрипач. — То, что мы видели, это уж точно не освоение новой области. Это что-то совсем другое.

— Вероятно, ты прав, — согласился Ит. — Ну что, двигаемся? И давай действительно осторожнее с ногой. И с кроссовками. Мы больше чем полпути прошли, и они на ладан дышат. Не хотелось бы дальше идти босиком.

— Вот это верно, — Скрипа с сожалением глянул вниз. — Кроссовки действительно стоит поберечь.

Под ногами что-то хрустнуло, потом ещё раз, и ещё. Ит замедлил шаг, потом и вовсе остановился, присел на корточки, и присмотрелся. Кости ацхи, понял он. Это же кости ацхи, их очень много, и лежат они тут уже давно, потому что успели основательно врасти в землю. Точнее, в пересохший растрескавшийся ил. Словно тут пало целое стадо ацхи. Одномоментно. Ит огляделся — неподалеку из-под корки ссохшегося ила виднелись черепа. И молодняк, подростки, и взрослые. Странно.

— Чего ты там разглядываешь? — спросил Скрипач.

— Кости, — ответил Ит.

— Чьи? — напрягся Скрипач.

— Ацха, — ответил Ит, вставая. — Причем эти кости тут год валяются, не меньше. Видишь? Только местами желтые, уже побелеть успели.

— Гм. Действительно, — Скрипач тоже посмотрел на кости. — Как-то это странно.

— Вот и я том же, — кивнул Ит. — Целое стадо. Может, увязли?

— Все вместе? — нахмурился Скрипач.

— Видимо, да, раз тут столько костей, — Ит задумался. — Убить их никто не мог, охота ведь запрещена. Ладно, идём дальше. До ручья уже не очень далеко, а солнце жарит. Надо двигаться.

Ручей действительно оказался мелким, чуть выше, чем по колено, но имел очень вязкое илистое дно, и, пока переходили, основательно перемазались илом и глиной. К тому же осока, росшая на берегах, имела острые, как бритвы, листья, и оба изрезали себе в кровь руки, пробираясь через её заросли.

— Гадость какая, — ворчал Скрипач. — Блин! И где это всё с себя смыть теперь? Грязные, как чушки, даже обуться не получится.

— Да уж, — мрачно отозвался Ит. — Придется пока идти так. Высохнет, как-нибудь отряхнем, и обуемся.

— Далеко мы не уйдем, — зло ответил Скрипач. — Мало того, что руки в кровяку, так ещё и этот ил ноги режет. И торчит из него всякое и разное, — добавил он. — Вон, гляди, снова кости. Кажется, опять ацха.