Если бы не Орлов рядом, я бы даже расслабилась в этой машине. Очень удобное кресло, с подогревом.
И тут я вспоминаю про деньги. Ловлю себя на мысли, что только про них и думаю. А ведь никогда я так на них не концентрировалась. Но оно и понятно.
Я же должна Орлову семнадцать миллионов, операция для мамы — двести двадцать. А еще мир богатых и успешных мужчин. Как тут не думать о деньгах?
Но сейчас — именно о тех, которые Орлов почему-то присвоил себе. Понимаю, что разговор будет непростой. Нужно запастись смелостью и наглостью.
— Роман Сергеевич, а вы разве не отдадите мне те деньги... За моральный ущерб?
Он хмыкает и, выруливая на кольцо, поворачивается ко мне. Так смотрит, что ответ явно мне не понравится.
— Нет.
— Но...
— Нет, — повторяет Роман Сергеевич.
— Но у вас же столько денег, что вам эти несколько сотен? — удивляюсь я. Даже несколько возмущаюсь.
В ответ он усмехается. Ничего не отвечает. Жестом ясно дает понять, что повторять третий раз не будет.
Я теряюсь. Снова облом. Блин, какой же все-таки козел этот Орлов. И тут у меня остается только один вариант. Решаю, что если не спрошу сейчас, то уже никогда этого не сделаю. Но главное, что я до сих пор не решила, готова ли на этот шаг.
— Роман Сергеевич, — начинаю я, а голос предательски дрожит. — А вам все еще интересно, какого цвета у меня соски?
— Нихуя себе! — удивляется он.
И через несколько секунд включает аварийку. Останавливается на краю дороги и задумчиво смотрит в мою сторону.
— Интересен ли мне цвет твоих сосков, — говорит Орлов с легкой издевкой. — Ну, представим, что так. Дальше?
— Я... Я просто... — нерешительно мнусь, настолько мне неловко это обсуждать. Внутри все просто противится.
— Надумала все-таки продаться? — спрашивает он с легкой ухмылкой. — Блядь, ну, значит, придется тебя вычеркнуть из списка тех, кого в моем фонде купить нельзя. К слову, ты там одна была.
— Правда? Одна? — мне это так льстит.
Или он обманывает меня? Может, издевается? А я, дурочка такая, сижу уши развесила.
— Нет, я не издеваюсь, — серьезно отвечает Роман Сергеевич, будто прочитав мои эмоции через глаза. — Любого в моем офисе можно купить, вопрос того, что пока еще не предлагали достаточно. И я это знаю. Это просто данность. Поэтому всегда держу в голове, что любой может кинуть. Любой может уйти. Даже херов мастер, который чинит принтеры.
— Это, наверное, очень непросто... — я представляю, насколько бы я себя чувствовала уязвимой, если бы знала, что все мои подчиненные могут в любой момент предать.
— Нет, похуй, — хладнокровно отвечает Орлов и ухмыляется. — Рыжая, давай лучше вернемся к цвету твоих сосков. Сколько ты хочешь?