— Хм, а интересно, — с хрипотцой в голосе удивляется он.
В его глазах сверкает нечто пугающее.
Теперь он не хочет меня убить. Теперь в его взгляде только животное желание. И это пугает до жути!
Мне писец!
Роман Сергеевич небрежно отпускает мой подбородок. Делаю глубокий вдох, чтобы высказать ему всё, что думаю о таком поведении.
И тут раздается тихий хлопок.
Обжигающее и внезапное прикосновение. В том самом месте!
— Ой! — Я испуганно вздрагиваю.
Ощущаю руку Орлова у себя на ягодице.
Да он в край офигел!
Злость.
Обида.
Досада.
Это так унизительно. За кого он меня принимает?!
Меня накрывает. Нерешительность улетучивается, как дым из трубы.
— Да что вы себе позволяете?! — Я повышаю голос и решительно хмурюсь.
Кулаком бы этому уроду пригрозила, но не решаюсь. Да и не испугается он моего девичьего кулачка.
— Ого, — ухмыляется Орлов, как ни в чем не бывало. — Голос прорезался.
— Это неприемлемо! Вы не можете меня лапать! Просто не смеете! — говорю я, а каждая фраза всё тише и тише.
Роман Сергеевич так на меня смотрит, что вся моя смелость быстро тает, как льдинка в пламени. Невольно сжимаюсь и отступаю. А ведь он просто стоит и смотрит.
— Рыжая, ты не в том положении, чтобы выебываться, — недовольно произносит он.
— Вы потеряли из-за меня много денег, — признаю я, скрещиваю руки на груди и делаю еще шаг назад. — Но это не значит, что вам можно ко мне прикасаться. Я этого не потерплю... — Голос едва не срывается.
— Думаешь, разрешения спрашивать буду? Блядь, — хмурится он, — а может ты как-то иначе отрабатывать собралась?
Орлов делает только два шага в мою сторону. И нависает надо мной, как огромный дикий зверь. Последние крохи моей смелости тают в его властной ауре.
— Что?! — Все-таки хмурюсь я. — Нет! Я не буду ТАК отрабатывать. Нет! Ни за что!
— Перестань визжать, пока я тебе рот членом не заткнул, — Орлов смотрит на меня так, будто изучает под микроскопом неведомую зверушку.
Мне не послышалось?
Вот урод!
Разве можно такое девушке говорить? Совсем офигел, скотина.
— Что?! Да как вы...
— Ты не поняла, блядь? — Грубо говорит он, тянется к ремню.
Вижу это и резко замолкаю. Глаза у меня, наверное, как блюдца. Я молчу и не решаюсь продолжить. Стою и обтекаю. Хочется дать ему пощечину, чтобы думал, что говорит.
— Ну, расскажи. Как ты будешь отрабатывать? — предлагает он.
И убирает руки от ремня. Фух.
— Я... Я пока не придумала, — отвечаю робко.
— Может ты пиздецки хорошо разбираешься в инвестициях? Иксы на шортах или лонгах делаешь?
Молчу. Ничего не отвечаю. Прекрасно понимаю то, о чем он говорит, но на бирже я зарабатывать совсем не умею. Максимум — купить или продать акции.