— Что такое? — первым насторожился Гхро. — Вы слышите этот звук?
Марктолус опередил его, метнувшись к балкону — и тут же отпрянув обратно.
— У нас новые гости! — заметил он. — Эти подошли к вопросу с выдумкой: сами не показываются, зато устраивают показ своих талантов. Гхро! Иди вниз и выставь там кордон из самых устойчивых к температурам!
Гхро молча кивнул и потопал вниз, грохоча каменными ногами по кристаллическим ступенькам, отчего на тех появлялись мелкие трещинки.
— А я? — уточнила Кормет.
— А мы с тобой займёмся гостями отсюда, — Марктолус улыбнулся — насколько раздвоенные паучьи жвала вообще могли улыбаться. — Я почти учуял их. Люди близко, очень близко, как будто одни…
Договорить он не успел; синяя, ослепительно яркая молния ударила сразу по двум целям — по нему и по Кормет.
Нужно отдать Кормет должное — от её ауры молния отскочила, не достав её саму. Впрочем, и сама аура в этот же момент дёрнулась, как пятно на воде — и погасла.
— Холодно!! — завизжала сколопендра, лишившись магического подогрева и извиваясь на полу. — Аааа…
Вторая молния оборвала её страдания — на этот раз уже навсегда.
Именно в этот момент поднялся на ноги Марктолус, отброшенный первой молнией к стене. Олег нахмурился: он не выглядел так, будто атака нанесла ему большой вред.
— Выходи сюда! — прорычал он. Десятки паучьих лап, одна за другой, топали по полу, и одновременно с этим возникали десятки маленьких круглых шариков… в самой ткани реальности. Реальность пузырилась, искривлялась и булькала, и Олег догадывался, что с тем, кого заденет эта странная аномалия, не случится ничего хорошего.
Впрочем, Кирилл и не давал ей себя задеть. Сложно было сказать, где именно он находился — похоже, что везде и сразу, судя по тому, что молнии летели со всех сторон. Какие-то из них попадали в эти самые пузыри и тут же гасли; какие-то умудрялись попасть в Марктолуса. Кирилл не тратил время на то, чтобы целиться — новые силы давали ему возможность атаковать беспрерывно, в мощностью и напором артиллерийской роты.
И это давало свои плоды. Олег видел, как Марктолус старается скрыть, что он ранен, но нельзя спрятать очевидное. Каждая попавшая в цель молния причиняла ему боль; эффект этот накапливался.
Впервые за всё время, что он знал паука-Мага, у Олега появилось стойкое ощущение того, что тот уязвим.
— Не возьмёшь! — Марктолус неожиданно пошёл вперёд, причём с такими напором и скоростью, которых никто явно не ожидал. — Я не сдамся человеку. Вы противны мне, людишки!
Аномалия с пузырями передвигалась вместе с ним — и, что самое неприятно, стойко держалась за его спиной. Теперь уже Кирилл издал резкий вскрик, на долю секунды выпав из невидимости, когда случайно угодил в неё рукой.