Послышался радостное хихиканье. Йогар-гал веселился от удачного попадания.

Я опомнился и ударил наотмашь, пытаясь достать отвлекшегося противника. Поздно, он быстро пришел в себя и без лишней суеты легко увернулся, о вспышке злости напоминали лишь мрачно сузившиеся глаза и гневно раздувающиеся ноздри прямого носа.

Мда, ступил, сразу надо было бить, а не хлопать ушами. Боюсь второго случая не подвернется. Вон как ловко сместился, опять прижимая меня к стене бесконечными выпадами, но теперь вынуждая идти не в сторону конструкции с клеткой божка, а в противоположном от нее направлении.

До сих пор не пойму, как ему удается так драться, используя всего одну руку. Ладно еще свиток отчего-то не отпускает, иначе наверно давно бы уже победил.

Черт! Больно! Немного отвлекся и закономерно схлопотал по мордасам. Удар вышел скользящим, вовремя успел дернуть головой вправо, но все равно ощутимо. Шустрый, падлюка.

— Ямахаарараа! — нечто невразумительное взвыл божок, попытавшись повторить давешний подвиг.

Смачный плевок врезался мне прямо в лодыжку. Ну что за гадство? Промазал растяпа! По губам Гренвира скользнула насмешливая улыбка. Издевается, сволочь, и радуется, что не ему прилетело.

— Ах ты мелкая дрянь! — настала моя очередь возмущенно вопить.

Лучше бы сидел в своем корыте и никуда не вылазил, чем так пытаясь помочь.

Бух, кисть обожгло, пальцы сами разжались, отпуская рукоять призрачного меча. Удивительно, как он вообще так долго просуществовал, видимо неплохо напитался энергией. Меч стукнулся о каменные плиты, подпрыгнул и растаял в воздухе.

Все. Приехали. Сейчас меня будут убивать.

Алхимик сделал шаг вперед, приподнимая руку для завершающего удара, тонкие длинные пальцы сложились причудливым образом, напоминая клюв хищной птицы.

Позже, я так и не смог толком сказать, что именно меня подтолкнуло сделать то, что я сделал. Может страх подстегнул разум, может сработал инстинкт выживания, может пришло озарение свыше, черт его знает.

В общем, вместо того чтобы покорно ждать смерти, я зацепился взглядом за свиток в левой ладони Гренвира. Дальше рухнул вниз, становясь на колени, будто покоряясь судьбе, а сам выбросил правую руку вперед, хватаясь за сверток стариной бумаги.

Алхимик слишком поздно понял, что я хочу сделать. Среагировать он успел, да, безусловно, но недостаточно быстро, в том смысле, что мне удалось прикоснутся к зачарованной вещи. Мазнул кончиком пальца по краю, успев перед этим обратиться к искре своего маго-дара.

На древнем пожелтевшем пергаменте появилась маленькая черная точка.