Теперь-то я понимал, что его обычное поведение всего лишь одна из масок. Не знаю, кем он являлся на самом деле, но уж точно не заурядным отшельником, кому повезло открыть способ продления жизни.

— Что такое Нимуранский свиток? — осмелился спросить я, прежде чем приступать к уборке.

Осознание того, что придется убирать останки мертвецов (пусть и превращенных в черные кристаллы) не вызывало особого вдохновения.

Алхимик остановился и как-то подозрительно на меня уставился. Что еще? Устроит новый допрос? Вроде все рассказал, ничего не утаивал.

— Еще как утаивал, — вдруг заявил старик.

Я моргнул. В голове заметались панические мысли. Он умеет проникать в разум! Он читает мои мысли!

Раздался каркающий смех. Волшебник хохотал, держась за живот обеими руками.

— Ха-ха, да я умею читать мысли! — сообщил он и снова засмеялся, как ненормальный.

Я суматошно пытался придумать, как бы закрыть свое сознание. Так напрягся и перепугался, что последовал новый взрыв хохота, напоминающего скрежет наждачной бумаги.

— Бестолковый мальчишка, да будет тебе известно, что проникать в мозг разумного могут лишь боги, и только у алтаря во время обряда полного посвящения. Таким образом они проверяют чистоту помыслов своих избранников. Больше никто в мире не умеет этого делать. Даже самые могучие маги не могут контролировать людей, — объяснил старик, когда ему надоело смеяться.

Делать ему больше нечего, как издеваться надо мной. Старый хрен.

— А узнать, о чем ты думаешь, не составляет особого труда, достаточно внимательно следить за лицом. Твоя физиономия для меня, как открытая книга.

Ну да, мог бы и сам догадаться. Покер-фейс я строить никогда не умел.

— Так что за свиток и почему за ним охотятся чуть ли не целые армии? — вновь спросил я, оттягивая момент похода за лопатой, как можно дольше.

Да и любопытно же.

Гренвир помедлил, еще раз оглядел поле боя с горками битого черного кварца и медленно проронил:

— Нимуранский свиток — это древняя реликвия времен эпохи зарождения мироздания.

Сказал и замолк. Внутри меня поднялось разрежение. Что за дурная привычка, обрывать рассказ на полуслове? Сказал «а», так будь добр говори и «б». Но вместо того, чтобы возмутиться, я задал другой вопрос:

— Отправляя сюда получеловека-полуголема вас хотели подставить? — я уже в общих чертах догадался о произошедшей истории.

Так ловко обезглавленный хазул выступил в роли вора пресловутого свитка. За ним отправили погоню, которая в конечном итоге привела к нам. Такое не происходило просто так. За случившимся чувствовался чей-то замысел.