Женю нашли через диспетчера. Примчался в больницу. Мать лежала в реанимации — лицо перекошено. Глаза открыла, когда он вошёл. Губы шевельнулись.

— Таню… не бросай… — прошептала.

И всё.

Она умерла через три часа. Кровоизлияние в мозг. От всего сразу. От войны.

Женя стоял в коридоре, сжимая её старую расчёску. Таня сидела на скамейке. Смотрела на него большими глазами, в которых уже не было испуга — одна усталость.

— Дядя Женя, бабушка теперь к дедушке пошла?

Он присел перед ней. Взял её холодные руки.

— Пошла, Танюх. Теперь мы с тобой вдвоём.

Таня заплакала — в первый раз за всю войну. От настоящей потери. Навсегда.

Он похоронил мать рядом с отцом. Три креста. Три могилы. И одна живая — маленькая, веснушчатая, с косичками. Его теперь. Только его.

В марте Женя оформил опекунство. Жили тяжело. Он варил супы, стирал Танины колготки, водил её в школу. По ночам проверял уроки. Спать ложился поздно — всё думал, как дальше жить. Ему было тридцать два, а казалось — под семьдесят.

---

Глава 8. Возвращение Юли

Она ушла тихо. И так же тихо вернулась.

В июле в город вернулась Юля. Женя увидел её на базаре. Остановился. Она тоже. Сумку уронила. Картошка покатилась по асфальту.

— Женя… — сказала она.

Она рассказала на скамейке. Что в России не сложилось. Что тот мужчина оказался пьющим. Что Катя просилась к папе. Что она собрала вещи и уехала обратно.

— Я не прошу прощать. Я просто не знаю, что делать дальше. И Катя — она тебя помнит. Она всё время спрашивает: «Когда к папе?»

— Где мелкая?

— У моей мамы, в Крыму. Я приехала сначала одна.

Он смотрел на неё и чувствовал странное — не злость, а огромную усталость.

— У меня Таня, — сказал он. — Мать умерла. Отец погиб. Сестру убили. Я один с ребёнком.

— Я знаю. Я поэтому и приехала. Я могу помочь. Варить, убирать, с Таней сидеть. А ты подумай. Я подожду.

Он молчал три дня. На четвёртый спросил у Тани:

— Танюх, хочешь, тётя Юля будет с нами жить?

— А Катя приедет?

— Должна.

— Тогда пусть живёт. Только пусть Катя приедет. Я хочу сестру.

Он позвонил Юле: «Приходи».

Она пришла на следующий день. Начала с того, что помыла полы. Потом сварила борщ — настоящий, с мясом. Таня съела две тарелки.

Через неделю Юля съездила в Крым и привезла Катю.

Девочка вышла из маршрутки — семилетняя, с косичками, в розовом платье. Увидела Женю и замерла.

— Папа? — спросила она тоненько.

Женя упал на колени прямо в пыль. Раскинул руки. Она сорвалась с места, побежала, врезалась в него, обхватила за шею, заревела.

Таня стояла в дверях, смотрела и улыбалась — первый раз за долгие месяцы.