Нейля Валеева подошла к Адаму и прошептала ему на ухо:
— Стазис диссоциативного электролита замедляет старение человеческого тела.
Адам Мицкевич отпрянул и посмотрел на Нейлю:
— Это точно?
— Это — точно. Но ещё точнее то, что дальнейшее улучшение формулы позволит и вовсе остановить старение. Игра перестанет отнимать время человеческой жизни.
Адам Мицкевич постарался не выдать волнение, но левая щека у него начала подёргиваться, что было признаком сильнейшего возбуждения:
— Если это правда, то все капсулы VR можно выкинуть на помойку!
— Ещё лучше, — улыбнулась глава «Лабсетэк». — На помойку можно выбросить реальность. Кому она нужна, если есть вечная жизнь в виртуальном мире?
Когда волнение Адама улеглось, он вернулся к прежней теме:
— Тогда зачем твоей корпорации и её настоящим владельцам из Вашингтона, нужны все эти переносы сознания в другие тела? Тебе некуда тратить деньги инвесторов?
— Подписывай соглашение, и у тебя тоже будет куча денег, которые не будешь знать, куда тратить, — ответила Нейля. — Ну, а перенос сознания мы изучаем просто как возможность.
#
Сопротивление Адама Мицкевича было сломлено, но не уничтожено. Он при любой возможности подвергал сомнению все идеи корпорации, а самое главное старался отгородить свою игру от экспериментов с переносом сознания.
Но все эти игрища прервала новость — пёс по кличке Джет-пак напал на лаборантов, которые наблюдали за ним, а после чего начал проявлять все признаки наступающего безумия. Результаты наблюдения показали быстротекущие разрушения нейронных связей. Добродушный ранее пёс превратился в безумного.
Деградация пса была быстрой — через несколько часов он уже впал в кому, а ещё через час умер. Джет-пак прожил менее пяти тысяч часов после пересадки сознания в иное тело.
Таким образом, выяснилось, что процесс переноса сознания в иное тело возможен, но он ограничен по времени. И работает это в обе стороны: что перенос в виртуальный мир, что перенос из виртуального. При этом загадочным образом перенос сознания в игру, а потом обратно, но в своё, родное тело проходил без проблем. Видимо, связь между телом и сознанием слишком сильна, чтобы её прервать.
Когда формула диссоциативного электролита была улучшена настолько, что период нахождения человеческого сознания в игре достиг восьми тысяч часов, то был обнаружен предел — сознание в игре начинало разрушаться, а поведение людей напоминало поведение животных, сошедших с ума после переноса сознания в чужое тело. Это разрушение сознания и назвали информационной энтропией.
Все эти путанные данные не предавались огласке. Даже сам Адам Мицкевич чувствовал, что его потихоньку отстраняют от секретной информации. До него доходили слухи, что «Лабсетэк» много экспериментировала с переносом сознания животных, пересаживая бинарные массивы уток в тела моржей. Но, если верить слухам, всё это заканчивалось неудачей — сознание животных не было столь гибким, как человеческое.