Я открыл глаза в пустом поезде.
Тьма затянула вид за окном настолько, что было невозможно понять, в какую сторону мы едем. Но, тем не менее, я чувствовал, что поезд медленно постукивает колёсами по рельсам, словно только-только начал движение. Я опустил закатанные рукава чистой, как только что из стирки, толстовки и осмотрелся по сторонам. Мне здесь не нравилось. Постоянно не отпускало чувство, что что-то тут не так, но я никак не мог понять, что именно. Раздражённо фыркнув и прислонившись лбом к стеклу, я вглядывался в темноту, пытаясь разглядеть в ней… сам не знаю, что. Казалось, я так сидел уже не один час и просидел бы ещё дольше, пока бы не увидел хоть что-нибудь, если бы не странная мелодия телефонного звонка, больше напоминавшая монотонные попискивания, что нарушила раздражающую тишину. Я похлопал себя по карманам, но телефона нигде не было, а злополучная мелодия всё никак не утихала, носясь внутри моего черепа из стороны в сторону.
Встав, я медленно зашагал в следующий вагон. Больше всего на свете мне хотелось сбросить этот звонок и вернуться к попыткам разглядеть это «что-то».
Без проблем открыв дверь, я вошёл внутрь — и с удивлением обнаружил, что все сидения в этом куске состава были расставлены неестественно далеко друг от друга. Некоторые так и вообще стояли по одиночке. Я закачал головой, сетуя на глупость того, кто проектировал этот вагон, и зашагал дальше, к телефону, что и не думал прекращать звонить.
Судя по всему, звук доносился из кабинки проводника. Я нахмурился. Неужели он так крепко спит, что не слышит мелодию? Разозлившись и гневно подлетев к его месту, я без стука ворвался внутрь. Снова никого. Только мой телефон, без потерявшего где-то чехла, разрывающий себе динамики то нарастающими, то утихающими «бипами». Он лежал на столе у вычищенного до блеска окна, в котором хорошо отражалось моё довольно свежо выглядящее лицо. Я схватил сотовый и посмотрел на его экран.
Абонент «Элиза».
Снизу фото, где она стоит с тем хмырём, что обнимает её за талию.
Ну уж нет. Я не хочу с тобой разговаривать. О чем нам вообще с тобой говорить? А?
Мой большой палец нажал на красную кнопку «Сброс», но ничего не произошло. Ещё раз. И ещё. Телефон звонил всё громче и громче. Каждая нота вгрызалась в меня как мелкая пиранья, причиняя дискомфорт. Я долбил пальцем по кнопке отмены, и, когда звонок стал кричать настолько, что звуки слились в шипящую какофонию, не выдержал — и бросил его прямо в окно. Телефон отлетел на пол и замолчал, а по окну разошлись трещины.
Я раздражённо выдохнул и почти развернулся, чтобы снова вернуться к попыткам что-либо разглядеть за окном, но резко остановился.