— Не искажай мой грозный образ, малец! Или тебе влепить ещё одну затрещину⁈ — недовольно заявил Хранитель.
— Э-э-э⁈ — растерянно протянул Уно.
— Не «экай» мне здесь! Не видишь, папка-дракон пришёл! — закрутившись изумрудной лентой, довольно объявил дракончик.
— Но вы же. Это? Ну… — потерялся Уно, всё ещё не веря, что Хранитель настоящий.
— Ты хотел сказать, Законодатель запретил мне прямо вмешиваться в твою судьбу? — хмыкнул Альтермитер.
— Эм, да, — кивнул молодой человек.
— Ну так есть же лазейки, дубина! Мы сейчас в твоем сне. А сны, чтобы в них не происходило, не считаются прямым вмешательством в судьбу. Косвенным, да. Но кого это волнует? Короче, меня не звали, но я пришёл! Ты чем-то недоволен?
— Всем доволен, — остервенело закивал Уно.
— Тогда слушай, — прекратив мельтешить, замер в воздухе Хранитель. — Я всегда полагал, что жопа — она одна. Так сказать, единая трансцендентная сущность с множеством проявлений. Но твои «гениальные» товарищи посеяли во мне зерно сомнения. Видишь ли, они умудрились найти сразу две жопы. И тебе, сынок, предстоит совершить увлекательное проктологическое путешествие. Точнее даже, два! Но ты не переживай, папка-дракон всё устроил. И сейчас я расскажу тебе, как погрузиться в пучины чужой глупости, не измазавшись при этом в дерьме по самые уши!
Запряжённая длинноногими верблюдами пассажирская коляска бодро катила по дороге из хорошо подогнанных каменных плит. Плиты, точнее, дорога ими покрытая проходила по гребню рукотворной насыпи. Подобное решение не только предохраняло дорогу от заметания песком, но и давало хороший обзор, позволяя пассажирам сполна насладиться окружающими пейзажами.
Впрочем, из четырёх пассажиров коляски головой по сторонам крутил лишь Уно. Юла и Грег крепко спали на задних сидениях привалившись к друг другу плечами. Ну или делали вид, что спали.
Напрашивалось первое, ведь уставшими они выглядели уже в момент, когда местное солнце лениво выползало из-за горизонта. И если молодой человек провёл ночь в компании чистого белья и мягкой постели, этих двоих окружали песок, камни и пустынные твари.
Этим утром, ещё до рассвета, Уно разбудил бледный от волнения Мидао. Разом позабыв половину русских слов, хозяин гостиницы принялся путано объяснять, что его, Уно, ожидает внизу лично капитан теневой стражи. И что величина это не просто значимая, но и наделённая правом карать и миловать.
К некоторому удивлению хозяина, трущий глаза постоялец взволнованным не выглядел, что было списано на сонливость и не информированность. А может даже, если судить по апатичной уверенности молодого человека и на глупость.