Остановившись, Уно приблизился к монстру, что было опасно даже с замедлением. Конус не только двигался по горизонтали, но и мог наклоняться туда-сюда. И таким наклоном, он чуть было не затянул добычу в себя.
Вовремя отскочив, Уно, сохраняя дистанцию, держался рядом. Наконец он заметил быстро плывущее по поверхности ядро. Момент выглядел подходящим. Рванув к монстру, он схватил ядро рукой и…
В следующий миг замедление закончилось. Течение времени оказалось обманчивым. Пусть молодому человеку казалось, что он метался вокруг монстра секунд двадцать, на деле их прошло более сорока.
Наклонившись, монстр захватил руку, а после, накатив на противника, проглотил его целиком. Уно оказался в холодном грязевом плену. Спиной он почувствовал всё ещё сопротивляющиеся тела товарищей.
Сработав в третий раз, хладнокровие смыло с разума поднявшуюся панику. В голове замелькали мысли.
«Ядро у меня в ладони, но оно всё ещё в монстре. Что мне делать? Выбросить его наружу? Не выйдет, нас стягивает в центр».
В голове родилась интересная мысль. Хотя даже не мысль, а побуждение, что ли. На ощупь поднеся сжатое в ладони ядро ко рту, Уно запихал его в рот, после чего через очень большое кое-как проглотил.
В следующую секунду удерживающая его и товарищей масса грязи потеряла волю и растеклась по поверхности.
Отплевавшись и протерев глаза, Уно принялся помогать Дурусу откачивать Алису. Чернокожий здоровяк догадался задержать дыхание и зажать нос. Более того, он даже не выпустил из руки копьё, чего не скажешь о принцессе. Девушка сполна наглоталась грязи и сейчас пребывала в полуобморочном состоянии.
Хладнокровие сработало в четвертый раз.
— Неси её к берегу. Я найду оружие и за тобой! — скомандовал молодой человек.
Кивнув, Дурус схватил под мышки судорожно откашливающуюся Алису, после чего поспешил к лесу. Уно, шаря в грязи, быстро нащупал щит и меч. Подняв их, он рванул за шпагой.
В момент начала движения к берегу он понял, что всё же умудрился выронить опустевший артефакт. И это плохо. Но искать его молодой человек не стал, поспешив за чернокожим товарищем.
Решение оказалось верным. Позади, метрах в двадцати, с бурлением и волнами начал расти новый грязевой монстр. Благо, на этот раз догнать добычу ему было не суждено.
Уно находился в состоянии ярости. Состояние было новым и по земной жизни незнакомым. Возможно, из-за добавляемых в еду психотропов. А может и по причине его осторожного и спокойного характера.
Сейчас же от спокойствия не осталось и тени. Осознание, что он не погиб лишь по причине необъяснимого телесного прозрения, буквально разрывало психику на части.