— А толку-то с неё? — не сдержался я. — Ей подотрутся да и всё.

— Ильяс в конце месяца Володе накладные закидывает, они деньги подбивают. Внутренний учёт, дополнительный контроль. Нет бумажки — нет денег. Усёк?

Я полюбовался затейливой подписью внизу листа, пожал плечами и забрался в кабину, а Рома высунулся наружу и спросил:

— Чё с бензином?

— Под пробку, — ответил Михалыч и предупредил: — Не вздумайте сливать, я километраж и расход знаю!

Рома с лязгом захлопнул дверцу и зло выдохнул:

— На хер иди, козёл старый.

Грузовик выехал из бокса, миновал распахнутые ворота и начал переваливаться на разбитой дороге. Я немного волновался, найдём ли нужное место, поскольку не был уверен насчёт правильного съезда с трассы, а вот Рома по этому поводу нисколько не переживал.

— Не парься, Серый! — успокоил он меня. — Довезу в лучшем виде!

Так и получилось. Ворота станции вновь оказались гостеприимно распахнуты, и снова у склада за ржавыми цистернами нас ждал трактор с прицепом.

— Мотор не глуши, — попросил я, но никого кроме давешнего татарина и пары его помощников не заметил и разрешил: — Задом сдавай.

А сам выбрался из кабины, подошёл поздороваться с Ильясом.

— Вадим не поехал? — прищурился тот и спросил: — А где бумаги?

Я дошёл до грузовика, вернулся с накладными, но отдавать их не стал и предупредил:

— Вадим сказал сначала товар погрузить.

— Кого ты слушаешь? Давай сюда бумаги! Бумаги давай!

Не на того напал.

— Грузим товар или расходимся? Нам так и так за поездку заплатят, только возни меньше будет.

Ильяс немного поколебался, но всё же принял мой блеф всерьёз и махнул рукой.

Парни забрались в прицеп трактора и начали передавать ящики, мы принимали их и равномерно распределяли по кузову, не забывая вести учёт и проверять, все ли бутылки на месте. Груза на этот раз оказалось заметно больше, ближе к концу водку начали таскать из ближайшего склада. В итоге провозились до сумерек, да и вымотались куда сильнее, но даже так я недостачу не пропустил.

— По документам ящиков сто, загрузили только девяносто семь, — сказал Ильясу, когда его помощники закрыли склад и закурили.

— Всё точно было! — заявил татарин. — Сам считал!

— Я тоже считал.

— Хочешь сказать, я вру?

Грузчики подошли, пусть и слишком явно при этом окружать не стали, пока — не стали. Рома лязгнул чем-то в кабине, но ко мне не выбрался, а я и не подумал пойти на попятную, поскольку три ящика водки тянули тысяч на пять — пять с половиной.

— Хочу сказать, — спокойно произнёс я, немного даже пожалев об оставленном в тайнике револьвере, — что наши подсчёты не совпадают.