Я перешёл к распростёртым на земле бандитам и, стараясь не ступать в кровь, обшарил их одежду. Деньги без счёту рассовал по карманам и, наверное, не удержался бы и прихватил с собой пистолет Марголина, но тот оказался разряжен. Не стал брать.

Да и в остальном арсенал банды не впечатлил. Помимо МЦ двадцать второго калибра отыскалась укороченная двустволка с полноценным прикладом и наган военных годов выпуска. Троицу излишне самоуверенных грузин из них и положили, и если пара пистолетных пуль оставила аккуратные дырки, то картечь изорвала в клочья и одежду, и плоть, вокруг тел растеклась настоящая лужа крови.

При взгляде на это зрелище, меня начало подташнивать, но так могло сказаться и сотрясение мозга. В любом случае я от обыска не отказался и по итогам оного нисколько о потраченном времени не пожалел. В первую очередь из-за подвернувшейся возможности избавиться от наручников. Помимо заветного ключика насобирал ещё и стопку купюр разного достоинства, которых от крови уберегли добротные кожаные бумажники, а вот брать золотые цепи и перстни мне и в голову не пришло. И улики, и не по себе как-то. Деньги… они обезличенные… что ли, а здесь чужая вещь. Ну его на фиг.

У Лёхи Смирнова при себе ничего ценного не обнаружилось — только зажигалка, сигареты, ключи от «буханки» да пяток патронов к нагану. Но зато на глаза попалось пусковое устройство. Вот был бы номер, останься оно здесь с моими отпечатками пальцев!

Я постоял немного, пережидая лёгкое головокружение, и двинулся в недостроенный особняк, который оказался вполне себе обжитым. В коридоре между помойным ведром и побросанными в угол дровами стоял прислоненный к стене велосипед, а в комнате на полу валялись два матраца. Там же обнаружилась переносная железная печурка с выведенной в окно трубой, стол с грязной посудой, чайник, запечатанные банки тушёнки и пустые бутылки из-под водки.

Туда я только заглянул и проходить не стал, сразу пошёл обыскивать Большака. В результате стал богаче на несколько тысяч рублей, да ещё выудил из кармана рыхлую пачку долларов и дойчмарок. Валюту бандит явно взял с тела убитого торгаша; купюры оказались преимущественно мелкими и потрёпанными, но в любом случае по нынешним временам это было самое настоящее богатство.

Нищенская сума в обозримом будущем мне теперь точно не грозила, а дабы не попасть в тюрьму, я тщательно протёр все предметы, которых только касался, не забыв и про магазин ПМ. Особенных сложностей с этим не возникло, другое дело, что вычистить салон «девятки» не представлялось возможным, машину решил спалить.