— Ты дурной? — Посмотрела глазами хищными порозовевшая.

— Вы уже трахались? — Спрашиваю деловито.

— Нет! Да и… какое тебе дело⁈

— Ах да, никакого. Это возвращаясь к тому, что не ответил на твои сообщения вдогонку. После того, как твоя сестрёнка Лина меня упекла за решётку чтобы сделать своим рабом, а ты палец о палец не ударила.

— Я не знала! Мне потом уже Ярон сказал, что она на тебя запала!

— Да всё, — отмахиваюсь и говорю елейно. — Признай уже, что неравнодушна ко мне.

— Ты делаешь некрасиво. Прекрати.

— Хорошо, — отворачиваюсь от неё и синтезирую фруктов. Нарезаю спокойно на тарелку.

Дэль смотрит на это.

— Чем богаты, — комментирую. — По вкусу, как настоящие.

— Руди, — слышу неуверенное.

Не могу понять её.

— Дэль, — снова смотрю в эти обворожительные глаза. — Есть одна поговорка.

— И какая?

— На двух членах не усидишь, — выдал, как есть.

— Всё сводится к этому, да? — Закатывает глаза.

— Нельзя быть хорошей для всех, — перевожу.

— А знаешь, я ещё никому не позволяла с собой так разбалованно разговаривать, понял? Совсем уже забыл с кем говоришь, да?

— Простите, ваше высочество. Думал, с другом говорю, — бурчу с обидой, нагоняя страстей.

И снова мой задумчивый взгляд в сторону. Знаю ведь, что стоит пару–тройку раз с ней переспать, и уже в башке её станет меньше. Я очень надеюсь на такой расклад.

Дэль думала, думала, что сказать и прошипела:

— Придушила бы.

Выставила лапку, обозначая у горла. Взял резко за запястье. Вздрогнула. А вот и контакт номер два.

Палец указательный перехватил неожиданно ослабевшей кисти. И опустил его к пирожному. Зачерпнул им крем и сам взял в рот её палец. Всё, как и она, сделал. Да чтоб просто посмотреть, как это выглядит.

Дэль пошатнулась, ротик приоткрылся, глаза в мимолётном помутнении. О, да, крошка.

Отпустил руку со словами:

— Действительно, так вкуснее.

— Извращенец, — прошептала.

— Кто бы говорил, — посмеиваюсь.

Дэль смотрит пристально. Взмыленная, щёки горят, глазища блестят, губы пышут. Ах да, если присмотреться, соски через ткань подпирают.

Всё, бери и трахай.

Да она и не против. Мы выяснили отношения, как пара. Поругались, имея друг к другу много претензий. А на самом деле лишь одну. Претензию.

Подаюсь к ней, уже не в силах держаться. Она смотрит на губы в ответ. Всё, ты моя. Сама подаётся! Но вдруг отшатывается, придерживая меня.

— Стой, нет. Каков бы соблазн ни был, нет, — говорит в некой спешке.

— Да, — лезу всё равно. Ладонью губы мои закрывает.

Отстраняюсь.

— Я помолвлена, — рубит Дэль сплеча. — Прости.

Млять. Удар ниже пояса.

Смеюсь, мотая головой.

— Ну ты и… — замолчал, сдержался.