— Да всё, всё, — делаю шаг навстречу.
Арти уже дал знак, что держит всё под контролем. И в любой момент просто сломает ему руку, заблокировав спуск.
— Обещай, что отпустишь меня, — взвыл Бастоль.
— Да какие вопросы. Конечно, челнок забирай и лети куда хочешь.
— Ты врёшь! В тебе нет чести! Что ты за ублюдок такой! — С этим словами Бастоль нажимает на курок.
И пушка вдавливается в его же руку до локтя. Истошный вопль сотрясает виртуальные мониторы, Бастоль валится, отпуская Дэль.
Та летит мне прямо в руки. Но в последний момент выставляет свои.
— Нет! Не трогай меня! — Кричит девушка в ужасе.
— Ой, да, пожалуйста, — говорю, отступая, и даю ей упасть.
Делаю пару шагов в Бастолю, усаживаюсь на корточки и перерезаю ему горло простым ножом. А затем смотрю, как этот урод медленно, но неминуемо испускает дух.
— Что ты за человек, — шепчет Дэль с пола и начинает плакать. Вскоре у неё уже истерика.
Но мне плевать. Я усаживаюсь в кресло флагмана и беру контроль в свои руки.
Посылаю заключительный боевой сигнал. И три корвета долбят по последнему способному ещё покинуть систему крейсеру. Тому самому, на котором попытался улизнуть адмирал Увандер. Корабль потерял ход, всё, мой милый, теперь только жди.
Выдыхаю, оценивая масштабы потерь. Но медлить нельзя. Поэтому объявляю всеми доступными средствами во флота:
— Флагман захвачен, Бастоль подох, как собака! Принимаю добровольную сдачу. Пять минут! Время пошло!
Капитуляции посыпались отовсюду буквально через полминуты.
Всё, драка окончена.
— Арти, подними уже эту дуру, — говорю, вздыхая.
— Я сама… да пошёл ты, Руди, понял? — Огрызается ещё.
Что значит застрять в системе? Это когда почти все ядра твоих тяжей выжаты, как лимон. А двигатели лучше не запускать вообще, иначе будет взрыв. Да и вообще, желательно не двигаться, чтоб до конца не развалиться.
Как ни хотелось скорее свалить отсюда, мы застряли в Шори–12 надолго. В лучшем случае на две недели, а то и на месяц.
По тяжёлым кораблям в прогнозе я выхожу в небольшой плюс, это учитывая потери и приобретения. На четыре крейсера и один авианосец. Мне везёт на флагманы. Пусть крейсер Рейкинена уже не вернуть, зато есть Бастоля и Увандера. Их ещё предстоит восстановить, вот только новых деталей и листов брони уже нет. Всё придётся доставать из дрейфующего хлама, собирая из двух кораблей один. И когда мы это сделаем, ещё нужно преодолеть на всех этих развалинах минимум три гипер–тоннеля прежде, чем можно будет спокойно дотащить их на станцию со специалистами по капитальному ремонту.
По личному составу… всё плохо. Потери каждого экипажа составили от тридцати процентов. От абордажников осталась половина. Трёх амазонок потерял, одну фейку с пилотом в истребителе, которые попали под дальнобойный фазер и умерли мгновенно.