Под ногами раздаётся хруст. Я уверен, что он успевает даже врубить ускорение, ибо раздаётся следом и второй. Первая колодка захлопывается впустую, а вот вторая заключает нашего Гарнера, согнув его в три погибели.

Глаза гвардейца бегают, в первое мгновение он даже не понимает, что стряслось. А вот я всё прекрасно осознаю. Эти колодки никакие усилители не сломают. Единственный способ от них избавиться самостоятельно — это сдохнуть.

— О, дорогуша, как некрасиво вышло, — посмеиваюсь, хлопая в ладоши.

— Командор, это было рискованно, — критикует маг и поднимает первую попавшуюся винтовку, где заряд кое–как скопился на пару выстрелов.

— Да что это такое!! — Кричит Гарнер да ещё и пыхтит.

Поднимаю свой меч. И уже вижу, как тела начинают шевелиться под воздействием кровавого тумана Адона.

Срезаю броню Гарнеру, а следом и штаны в деликатной области.

— Что ты делаешь, — засуетился бедолага.

— Просто расслабься и получай удовольствие, — отвечаю ему и направляюсь в рубку, бросая напоследок: — я же тебя предупреждал, Гарнер. Не попадайся больше мне.

— Ты за это поплатишься, — хрипит, растеряв весь энтузиазм.

Арти идёт за мной, опасливо озираясь. Потому что первые зомбаки под воздействием тумана уже стали подниматься на ноги.

Ударом по кнопке в коридорчике у рубки закрываю за нами двери, чтоб не мешать Гарнеру резвиться со своими подчинёнными. И стучусь в дверь последнего отсека.

— Эй, малыш, открой–ка повелителю ада, — приговариваю. — Тогда у тебя будет шанс не помереть так, как он.

Молчит.

— Уверен, что не хочешь сотрудничать? — Переспрашиваю, и Арти толкает меня к стене, прижимаясь к противоположной.

В ответ два луча прошивают дверь, оставляя добротные дыры. Да я в принципе успевал.

— О, так даже лучше, не придётся возиться, — говорю уже через дырочки. — Дэль? Слышишь меня?

Мычит. Ага, рот зажал, хитрый подонок.

Сверху скребутся. А! Как вовремя. Ковыляет последний полудохлый паук, который так же, как и я, с боем прорвался до рубки, только по своей магистрали.

Немного возни, и дверь открывается.

Бастоль стоит в центре рубки, прикрываясь Дэль и держа на её виске дуло импульсного пистолета. Шальные глаза, мнимая решимость. Но у труса трясётся нижняя губа, и подламываются коленки. Глядишь, и завалится на Дэль. Которая и то более мужественно переносит кровавую мглу.

— Ой, да вырубите уже это, — киваю на дисплей, где всё ещё идёт трансляция предыдущего отсека. — Дайте проспойлерю, в конце его сожрут, так что не переживайте.

— Ты… ты дьявол. Демон! Исчадие Гелиоров! Квазара проклятый падший сын!! — Кричит Бастоль. — Я… я не знал! Я не думал.