Контур работал фоном, и я отпустил его, пусть сканирует — привычка, появившаяся после прорыва Первого Круга: тело считывало витальные данные окружающих автоматически, как глаз считывает расстояние до предмета. Я не мог это выключить и не хотел.

ДИАГНОСТИКА (пассивная, фоновая).

Бран: перелом рёбер III–IV, сращение 40%.

Ограничение: подъём 15 кг — риск повторного перелома.

Варган: — рубцовая контрактура.

Прогноз: 70% подвижности без реабилитации.

Аскер: пароксизмальная аритмия. Не угрожает.

Мониторинг рекомендован.

Золотые буквы мелькнули и погасли. Я запомнил, не записал. Озвучивать — точно нет. Ни Варган, ни Бран, ни тем более Аскер не нуждались в том, чтобы кто-то вслух перечислял их слабости перед остальными. Это мой способ заботиться молча, через цифры, через план, который я выстраивал в голове для каждого из них, не спрашивая разрешения.

Аскер поднял ладонь и двор мгновенно затих:

— Сорок три, — сказал он. — Двадцать три из них могут работать. Одиннадцать выздоравливают. Двое в тяжёлом состоянии. Семеро — дети и старики, которые едят, но не производят. Это наш счёт, и он не изменится в лучшую сторону, если мы будем сидеть за стеной и ждать.

Он помолчал. Обвёл взглядом двор — не лица, а именно двор, пустые грядки, закопчённый амбар, загон с соломенными подстилками, колодец с деревянной крышкой, которую я запечатал смолой три дня назад.

— Еды хватит на два дня. Грибы кончились. Вяленое мясо — двадцать восемь полос, по шесть-семь на день, если делить на всех. Олень один — резать его, значит потерять единственную тягловую скотину. — Он чуть повернул голову к колодцу. — Вода.

Последнее слово повисло в воздухе, как запах дыма.

— Вода отравлена, — сказал я, — Я проверял колодец вчера через витальное зрение. Мицелий разложился, но продукты распада остались. Кипячение убьёт бактерии, но не уберёт химию. Пить из колодца — медленное отравление, почки откажут через две-три недели.

Кирена, до этого молчавшая, негромко спросила:

— Когда он очистится сам?

— Если подземный горизонт не заражён, то через месяц, может, два. Если заражён… — я не стал договаривать. Все поняли.

— Источник Наро, — сказал Варган. Он знал про расщелину, знал про чистый ключ, бивший из скальной трещины четыре часа ходьбы к юго-западу. Наро оставил метки, и мы нашли его ещё до осады, во время первой экспедиции.

— Да, — подтвердил я. — Скальная трещина, питание из глубинного горизонта, ниже Кровяных Жил. Мор туда не добрался. Четыре часа туда, четыре обратно, один человек унесёт двадцать литров, если есть бурдюки.