— Это дочь моя, на тебе за услуги золотой.

— Быстро позвать лекаря.

Кажется, пора открыть глаза, а то лекарь будет сейчас тыкать своими железками.

— Ой смотрите она глаза открыла.

— Маринела, девочка моя как же такое могло случиться?

Это обращаются явно ко мне, надо ответить, а потом разберусь что к чему.

— Я ничего не помню.

— Это ужасная новость, давайте оставим Маринелу, ей надо отдохнуть.

Так, и что за цирк на колёсах. Я всё помню, что было. А теперь, где я?

Дверь открывается и заходит служанка в фартуке и косынке на голове, а в руках у неё поднос с едой, который она ставит на стол. Вот она собралась уходить, а я поднялась с кровати и схватила её за руку.

— Не спеши, ты моя служанка?

— Да.

— Вот и отлично, сначала ты попробуешь мою еду, всего понемногу, начинай.

Она смотрит на меня, так как будто я с другой планеты прилетела, хотя может быть и так.

Когда она перепробовала всю еду, то нерешительно смотрит на графин с водой. Я же поощрительно киваю головой. И ей приходится попробовать напиток. Осталась жива – значит, можно есть.

— Как тебя зовут?

— Ганя.

— А расскажи мне Ганя кто я и что здесь происходит. При этих словах служанка рванула к двери, но я успела схватить её за подол.

— Да не шарахайся ты так, просто после того что со мной случилось, я ничего не помню.

После этих слов служанка немного успокоилась и стала объяснять.

— Вы – Маринела единственная дочь помещика Звягинского. Его жена долго болела и когда её не стало он женился на помещице Федориной у которой двое детей Таисия и Валериний.

— Рассказывай всё без стеснения.

— Вы после несчастного случая очень изменились. Дети помещицы Эмилии почему-то очень вас невзлюбили и всё время, что-нибудь придумывали обидное для вас, а вы только плакали. Я не удивлюсь, если окажется что в том, что с вами случилось, виноваты они.

Оглядываю комнату и вижу трюмо, беру красивую брошку и протягиваю её Гане. Та засияла и уже около самой двери обернулась ко мне.

— У вашего отца много полезных артефактов, он хвалился соседу, а я им в это время приносила еду и слышала. Они при мне проверяли еду на яд.

— Ты наверно знаешь, где они у него лежат.

— Я видела, куда он их положил.

— Если принесёшь их мне, я щедро тебя награжу.

Прислуга кивнула и ушла. Я же стала осматриваться, куда попала. Своя комната – уже класс!

На земле мы все жили в однокомнатной. А кровать – то ничего себе, мы бы все могли на ней поместится, ещё и место бы осталось. И шкаф очень даже ничего, платьев много, но все, какие-то детские. Два дивана – да это мечта поэта! Кресла, я даже не видела такие. Камин – незаменимая вещь. И две двери, да это же туалет и ванна, не жизнь, а мечта, дома то мы по выходным в баню ходили – по два пролёта лестницы в очереди простаивали.