Не слишком успокоенный моим объяснением Волков откровенно скис. И жалко его, и злорадно, раньше надо было думать. Общаться, воспитывать, а не только в политику играть. Впрочем, эта же профессиональная деформация строго напоминала: «Ты злорадствуй да хмыкай, но дело своё делай изо всех сил — спасай людей, а поучать будут прокурор с судьёй».

— Командир, тут Спика на связи! — что есть мочи заорал из открытой двери кабины Мустафа.

Ну вот, есть новости, записывайте.

Разве это дистанция! Четыре прыжка, и я был у открытой пассажирской двери, куда Хайдаров перекинул тангенту на шнуре.

Пш-ш…

— Рубин в канале!

Хорошая у меня фамилия, сам себе завидую. Ударение на первом слоге — фамилия, на втором — позывной. Есть у меня ещё один позывной, но он неприличный, для особо важных операций.

— Ещё не нашли, но плюсы есть! — Спика знает, что сперва надо сообщить наиболее существенное, пока есть устойчивая связь.

— Принял, дальше. Связь на четвёрку.

— Ну так висим же… Докладываю. Тропу на великах месили не раз. Сложно сказать, сколько. Отпечатки не свежие, но и не очень старые. Зафиксировано рыскание, два раза к югу, это наши тыкались, там свежак.

Пш-ш…

— Спика⁈ — с тревогой спросил я в микрофон.

Щёлк!

— На связи. Так…

Щёлк!

— Что-то отходит, собака… Следов в принципе мало — песка нет, в основном прибитая и высохшая трава.

— Ясно, давай плюсовое.

Волков, конечно, не такой бодрый, как я, но подскочил сразу, почти вплотную встав сбоку. Напряжен, как сжатая пружина. Я показал палец на губах — не мешать!

— Нашли первую речушку, почти ручей, два-три метра. Течёт с севера. Берега у брода глинистые, вода прозрачная, зеленоватая. На правах первооткрывателя нарекаю её Глинкой!

— Забили, Глинка.

— Главное. Мальчишки переходили реку здесь, в брод, велики толкай-тянули. Следы Ян сбоку от кустов поймал, и по ним возюкали веткой. Как дети, ей-богу, Свежие копыта, и не тревожные. Масляных пятен тоже нет, зато есть спрятанный в кустах моторчик, сдох, бобик. Это они, командир!

— Отлично. Дальше пойдут на педалях. Звук вы не услышите, зато скорость упадёт.

— Угу… Ещё прими. Объекты отходили вдоль речки на двадцать метров выше по течению.

— Хватило ума, молодцы, — похвалил я. — Приём, слушаю.

— Да, во фляги набирали. Но начинаются следы только метров черед пятнадцать. К кустам жались.

— По глине не пошли?

— Точно!

— Шифруются, — бросил я тихо в сторону мэра.

Глава города что-то промычал. Терпи мужик, это только первая инфа пошла.

— Стоянки не было, они торопятся, темноты боятся, много времени рыскали в начале… Здесь много звериных следов, явный водопой. Короче, за спиной примерно километров тридцать. Ты понимаешь, о чём я?