Всё это пролетело в голове очень быстро. Я вообще начинаю шустрее думать, когда лопатой размахиваю, так что удар пришёлся по темечку ещё не очухавшегося лича и усадил его на землю. Лечь он не лёг, ну так и у меня лопата ещё не сломалась.

— Мне кажется, голову он ей оторвёт в самую последнюю очередь, — произнесла эйри.

Третий раз ударить я не успела, Каньер ловко поймал лопату за рукоятку.

— Ты думаешь, если я мёртвый, то это вообще не больно, что ли? — рявкнул он.

На всякий случай я отпустила черенок и отпрыгнула в сторону. С моей компактной лопатой он выглядел не так угрожающе, как орал.

Я подумала, что эйри, возможно, права.

— Личи — высокофункциональные мертвецы! — продолжал наступать на меня Каньер. — У нас магически восстановленная нервная система. У нас нечему болеть, но всё равно больно, понятно тебе это?

Я судорожно кивнула. Позади меня начинался спуск с холма, и, если я продолжу пятиться, рискую скатиться вниз прямо в толпу мертвецов.

— Ну, забери тогда лопату и больше ею никого не бей, — Каньер протянул мне мой инструмент. — Нет, в моё время студенты были куда вежливее!

Я моргнула.

— Вы… вы…

— Я избавился от желания завоёвывать мир, дорогая моя, — ответил Каньер. — Благодарю. Оно было довольно некомфортным. Терпеть не могу путешествовать.

— А за-замуж? — я начала заикаться.

Вот так просто? Никаких фейерверков и пылающих букв? Просто больше не хочу завоёвывать мир. Точка. Так, что ли?

— Я всего лишь хотел посмотреть, как далеко ты решишься зайти, — ощерился Каньер в хитрой усмешке. — Смелая Белка. Только уж больно драчливая!

— Лучше бы я её сожрала, — грустно подвела итог эйри. — От личей просто никакого толка!

Она продолжала ворчать, но я её уже не слушала. Это что же, я снова выжила? И мне даже не нужна сбегать? Не то, чтобы я прямо сильно была против… Но как мне теперь решить все остальные мои проблемы?

Героически погибнуть или негероически задать стрекоча было куда проще и понятнее.

— Замок, конечно, теперь никуда не годится, — лич уставился своими горящими глазами в сторону университета. — Алмаз — это прекрасно, но полупрозрачный университет с такими стенами… о чём только думал твой бывший жених, Иссабелия!

— Он не думал, — честно призналась я. — Вы же знаете, господин декан, что этот талант почти что проклятие. Его, похоже, заело на алмазах.

— Хорошо, — кивнул Каньер. Он собирался почесать подбородок, но, видимо, вспомнил, что у него запросто может отвалиться нижняя челюсть, и поспешно отдёрнул руку. — Постараемся скрыть и его талант, и это великолепие. Вызовем с каникул всех земляных стихийников, пусть снаружи покрывают алмаз камнем. А вот женское общежитие нужно вынести подальше. Отдельное здание построим. Поближе к кладбищу.